Капканы этнонационализма

Одним из серьезных вызовов, перед которым стоит Бурятия, является растущий национализм, прежде всего в среде титульного народа республики

29 января 2014 в 06:01, просмотров: 6252

В условиях многонационального состава населения это может стать одним из факторов дестабилизации политической обстановки.

Капканы этнонационализма
фото: russianstock.ru

Откуда растут корни

На прошедших выборах под шокирующими лозунгами «Бурятия — превыше всего!», «Думать по-бурятски!» были щедро разбросаны зерна национализма, ростки которого незримо прорастают в душах людей. Особенно подвержена его деструктивному влиянию молодежь, не имеющая достаточного социального опыта.

Общественность республики является свидетелем того как разворачивается второй этап борьбы за власть. Не получив поддержки на выборах, политики-неудачники, потерявшие реальную власть, продолжают нагнетать обстановку. Теперь под их прицелом оказался главный политический игрок республики, ее глава Вячеслав Наговицын.

Целью беспрецедентной по масштабам пиар-кампании против главы республики, развернувшейся в ряде федеральных и региональных СМИ, является обострение межнациональной обстановки в Бурятии.

При очевидных экономических успехах команды Наговицына его ахиллесовой пятой является проблема сохранения межнационального мира и согласия. По этому больному месту и бьют политические оппоненты главы Бурятии. При этом играя на национальных чувствах народов республики, и прежде всего бурят.

К примеру, в Интернете созданы ряд анонимных сайтов, на которых якобы от лица членов правительства Бурятии предлагается возродить систему ЛТП (лечебно-трудовых поселений) для спасения от алкоголизма бурятского народа. А также делаются призывы помочь другим народам с демографической проблемой бурят, и другие провокации.

Недавно Госдумой приняты изменения в законодательство, согласно которым за обострение межнациональных отношений главы регионов могут быть отправлены в отставку. На это и рассчитывают, играя краплеными картами, инициаторы этой кампанейщины.

Что такое национализм?

Как обществу не попасть в эти умело расставленные провокаторами капканы? Как и любое социальное явление национализм имеет свои характеристики, причины возникновения, закономерности развития и т.д. Теория национализма — это сложная взаимосвязь политических, социально-экономических, правовых, культурно-нравственных, религиозных концепций. При этом многие понятия, такие, как нация, народность, этнос, национальная идея, категориально полностью не определены.

В сущностном значении национализм представляет собой политическую позицию, целью которой является защита интересов нации и ее благополучное развитие. Данное явление содержит в себе весьма широкий спектр теоретических взглядов и практических подходов решения национальных проблем. Это многообразие охватывает в своих крайних проявлениях как интернационализм, государственный патриотизм, так и утилитарный этнонационализм.

По отношению к бурятскому народу применимо говорить об этнонационализме как доктрине и политической практике недоминирующей нации. Причинами ее возникновения может быть как реакция на проявление дискриминации со стороны более многочисленной властной нации, так и стремление достичь преимущественного положения в обществе путем различных преференций.

Этнонационализм можно подразделить на культурный и политический, на последнем и акцентируем наше внимание. По определению политический этнонационализм видит свою цель в отношениях с властью в удержании ранее завоеванных позиций, либо в их расширении.

От пропорциональности к профессионализму

Безусловно, во взаимоотношениях недоминирующей и доминирующей наций возникает вопрос пропорциональности представительства первой в органах государственной власти. Данный вопрос неизбежно сталкивается с принципами формирования властных органов, исходя из профессиональных, интеллектуальных, морально-нравственных качеств претендентов на государственные должности.

Однако пропорциональность представительства не может быть сведена к простой арифметике подсчета до долей процента в конкретных государственных учреждениях. Так же как и нельзя определить профессионализм и другие необходимые качества соискателей численно в баллах, градусах и прочих количественных величинах. Данная существующая неустранимая неопределенность рождает коллизию (столкновение противоречий) в национальном вопросе в политэтническом обществе. Иными словами, при неопределенности исходных величин невозможно сказать, сколько бурят и представителей других национальностей должно быть в каждом органе власти.

Речь не о проявлениях национальных страстей маргиналов на бытовом уровне, а о претензии определенной части бурятского народа на пересмотр сложившегося порядка в политической системе республики. Существующая неудовлетворенность контекстуально чувствуется в высказываниях и публикациях в СМИ, в заявлениях некоторых партий, в личных беседах и т.д.

Квоты и льготы — путь к деградации

Общеизвестная истина — в демократическом обществе власть формируется демократическим способом, на общенародных выборах. В демократическом обществе нельзя требовать преимущественных прав для представителей какой-либо нации. Преференции нужны только слабым, больным и инвалидам, но Бурятия не общество социальных инвалидов.

Было время в начале 90-х годов, когда вполне серьезно в Верховном Совете республики обсуждали вопрос о квотном резервировании депутатских мандатов для бурят. Хорошо, что нашлось достаточное количество трезвых голов, чтобы отвергнуть это приятное, но нелепое решение.

После последних выборов в Народный Хурал представительство бурят в парламенте составляет почти 67%: 21 из 33 одномандатников и 19 из 33 по партийным спискам. Это более чем в два раза превышает удельный вес бурят в населении республики. И этот замечательный результат был бы невозможен при квотной системе.

Однако этнонационалисты недовольны представительством в правительстве республики. В формировании правительства прямое участие принимает Народный Хурал. И если в парламенте коренное население представлено в более чем достаточной мере, то в чем проблема? Нужно только решительней, а главное аргументированно отстаивать свою позицию. Но аргументированно означает исходить из основного принципа подбора кадров — учет профессиональных, интеллектуальных и моральных качеств претендентов, а не национальная, партийная, конфессиональная или любая иная принадлежность.

В Страсбурге в Европейском суде по правам человека среди сорока юристов, работающих в российском секторе, трое — бурятки. И попали они туда не по квоте, а по профессиональным качествам. Без излишнего «квасного патриотизма» можно отметить, что наши земляки проявляют высокие адаптационные возможности не только в других российских городах, но и за границей.

Потапов как «бурят»

Но главный предмет ропота националистов — пост главы республики. Он то затихает, то вновь возбуждается очередной новостью о возможной его смене и приходе различных предполагаемых кандидатур.

Уже прошло более 30 лет как покинул свой пост последний фактический руководитель республики — первый секретарь обкома КПСС Андрей Урупхеевич Модогоев, затем были Беляков, Потапов и сейчас Наговицын.

Потапов был первым руководителем, которого избирало население Бурятии. Борьба за власть тогда шла между командами Леонида Потапова и Владимира Саганова. Мне пришлось участвовать в той кампании на стороне Саганова. И я был вначале немало удивлен той яростной активностью «носителей и защитников национальных интересов», с которой они боролись за победу партии Потапова.

Одним из факторов, предопределивших победу Потапова, стал бурятский трайбализм (разделение по родоплеменному признаку), расколовшая народ на западных и восточных бурят. Во время выборной кампании очень часто натыкался на явную или скрытую реакцию неприятия, суть которой сводилась к тому, что «Саганов, конечно, крепкий хозяйственник и очевидно посильнее Потапова, но он «не наш бурят». Такой позиции придерживались, что удивительно на первый взгляд, не только рядовые избиратели, но и «защитники национальных интересов».

Можно утверждать с определенной долей вероятности, что трайбализм бурятского народа существует. И по силе своего влияния на сознание не уступает, если не превосходит этнонационализм.

Родиной Саганова является Тунка, край, который не относится ни к Предбайкалью, ни к Забайкалью. Поэтому его воспринимали настороженно и даже в некоторой степени неприязненно и так называемые «западные буряты», и «восточные буряты». Показательно, что во многих небурятских районах итоги выборов его команды были лучшими, чем в исконно бурятских.

Истоки трайбализма

Если рассматривать бурят как общность людей, объединенных единой территорией, экономикой, культурой, языком и ментальными характеристиками, то нужно признать, что бурятский народ делится по крайней мере на две составляющие, которые имеют заметные различия.

Озеро Байкал и окаймляющие его горные массивы исторически служили природной границей, разделяющей население Прибайкалья и Забайкалья. Ра-зумеется, различные контакты между народами, живущими по разные стороны, географические границы существовали. И они были осложнены наличием реальных препятствий.

Но исторически существовала и другая граница. Предбайкалье было восточным пределом затухающей, пространственно слабеющей волны российского Запада. А Забайкалье являла собой провинциальный буддийский Восток. И это не могло не сказаться на облике и судьбе народов, населявших эти два региона.

В этом одна из причин трайбализма бурятского народа, который усугубляется дальнейшим делением уже внутри этих двух основных частей. Очевидно, что процесс формирования единой нации застрял на этапе родоплеменного объединения.

Трайбализм представляется объективно-субъективной сущностью, он — не земное притяжение, а социальное явление. И он может быть преодолен усилием общества. Без этого национальные амбиции становятся просто эфемерными. И эта задача должна решаться элитой бурятского народа.

Кто является элитой бурятского народа?

История делается социальной элитой — небольшой прослойкой, которой неотъемлемо присущи чувство творческой свободы, способность делиться ею с другими. А также мужество решать, казалось бы, абсолютно нерешаемые задачи.

Сущность элиты проявляется в способности не только лучше других видеть имеющиеся и зарождающиеся проблемы общества, но и способности предложить их решение. А также в обладании культурой как необходимым набором ценностей и смыслов, устанавливающих такие отношения между отдельной личностью и другой личностью, обществом, всей окружающей средой, которые бы приводили к взаимной пользе. Плюс в наделенности особой жертвенной любовью к другим, когда интересы общества являются несомненным приоритетом по отношению к собственным.

Этому тончайшему слою общества всегда приходилось непросто во все времена. Есть ли элита у нынешнего бурятского народа? Сложный вопрос. Вероятно, есть, но этот слой настолько тонок и разрознен, что едва различим.

Безэлитное общество — внеисторично, оно превращается из субъекта или активного творца истории в ее пассивный объект. Поэтому этнонационализм в его лучшем смысле должен заботливо решать эту важнейшую для народа проблему. Ее нельзя искусственно или ускоренно решить. Ведь вновь избранные депутаты или назначенные министры автоматически не становятся элитой, они являют собой лишь формальную элиту.

Рождение национального лидера

Либерализация общества — вот единственный магистральный путь возрождения социальной элиты, которая взращивает национальных политических лидеров. Однако существующий в среде бурят трайбализм и отсутствие социальной элиты тормозят этот процесс.

Кто сегодня является духовным и интеллектуальным бурятским лидером, с персоной которого согласилось бы большинство народа? Увы, таковых на данный момент нет.

Особо выдающиеся личности могут наперекор всем обстоятельствам стать национальным лидером. Но процесс рождения национального лидера подразумевает наличие единства народа, национальной идеи и элиты. При существующем раскладе появление общенационального бурятского лидера видится лишь в весьма отдаленной перспективе.

Лазарь БАРТУНАЕВ, доктор экономических наук.



Партнеры