Александр Махачкеев: «МК в Бурятии» всегда оставался сообществом профессионалов»

«Московскому комсомольцу в Бурятии» в 2018 году исполнится 20 лет

27.12.2017 в 08:28, просмотров: 5414

В 2018 году газете «МК» в Бурятии» исполнится 20 лет. Мы продолжаем публиковать воспоминания людей, работавших здесь в разное время и имеющих возможность изнутри судить о таком явлении на нашем информационном рынке, как «МК». Сегодняшний разговор с журналистом, автором книг и телевизионных проектов Александром Махачкеевым.

Александр Махачкеев: «МК в Бурятии» всегда оставался сообществом профессионалов»

— Александр Виссарионович, как появился «Московский комсомолец» в Бурятии»? Кто такой был Андрей Бурмакин, как вы познакомились?

— Еще в начале 90-х тогда известный журналист, краевед, писатель Сергей Кутейников подарил мне натюрморт Алексея Бурмакина (брата Андрея Бурмакина), рассказав, что есть такие творческие братья. Картина висит у меня дома до сих пор. Примерно в тот же период я познакомился с Андреем, он тогда один из первых в республике осваивал компьютерный дизайн, у него была компания «Гранд-графика». В Доме печати они занимали один из кабинетов «Правды Бурятии», делали визитки, этикетки, другую фирменную издательскую продукцию. Потом начал выпускать газету «Теленеделя». Газета состояла из телепрограммы, рассказывала об актерах, фильмах, проектах.

Я в то время, как многие, занимался коммерцией — продажей газетной бумаги, возил овощи и комбикорма из Монголии. Работал в журнале «Священный Байкал», некоторое время был директором издательства писателей «Наран». В 1998 году, когда вышел первый номер «МК», работал корреспондентом «Информ Полиса». Именно тогда большой «МК» был одним из первых, кто поменял формат, перейдя из классического периодического издания советской эпохи в формат современного западного таблоида. «МК» был первым из федеральных изданий, кто начал активно двигаться в регионы, открывать там региональные приложения.

— Как встретили уже существующие на рынке газеты появление конкурента?

— В годы перестройки пика популярности достигла «Молодежь Бурятии», ее тираж был около 90 тыс. экземпляров. Тогда «Молодежка» имела лучший журналистский состав, где работали такие профи, как Дружинин, Леонов, Болотов, Березин, Очирова и, по моему глубокому убеждению, имела все перспективы стать медиахолдингом. Однако этого не произошло, газета начала сдавать позиции, и часть ее тиража ушла к «Информ Полису».

Все шло так хорошо, что в какой-то момент «Информ Полис» даже предпринял попытку зайти на иркутский рынок. Газету продавали в столице Приангарья и Усть-Орде. Но в ответ иркутяне сами открыли здесь газету «Номер один», причем с агрессивной рекламной кампанией. В отличие от «Номера один», приход в Бурятию «МК» состоялся постепенно. Конечно, федеральный таблоид с московской начинкой сам по себе был интересным, острым, необычным, но в местной редакции поначалу работал только один журналист — Костя Куц, писавший в основном про культуру под разными псевдонимами. Потом пришел Дима Родионов, у которого только что закрылся проект со вторым вариантом газеты «Вечерний Улан-Удэ», потом Наташа Дружинина. Запомнился ее репортаж, когда она в роли девушки низкой социальной ответственности стояла на шоссе. Хотя первый материал о проститутках, вызвавший ажиотаж, вышел в «Информ Полисе» и написал его Тимур Бадмаев.

«МК» укреплялся понемногу, постепенно подобрался профессиональный журналистский коллектив. Редакция заняла бескомпромиссную позицию по отношению к республиканской власти. В период антикоррупционной кампании с «Кримсоном» был мощный психологический прессинг на редакцию. Бурмакин ходил с небритой щетиной, длинными волосами, у него был живописный образ независимого бойца с властью, этакого либерала.

«Информ Полис» хотя и вынужден был отдать часть тиража не местным конкурентам, оставался ведущим изданием, за которым следовали «Номер один» и «МК» в Бурятии». Так на рынке СМИ определилась большая тройка.

— Как вы пришли в «МК»? Что здесь было не так, как в других редакциях?

— В «МК» я пришел из «Информ Полиса» в 2005 году. Считал, что исчерпал себя там, надо было что-то менять. Конечно, внутренняя жизнь редакции в «МК» была совершенно иной, я бы сказал, на западный манер. Здесь все было устроено по-другому, начиная с этнического состава журналистов, организации процесса и прочих вещей.

Так, в «МК» всегда был очень маленький и замкнутый коллектив, работали только русские журналисты. На тот момент Дима Родионов, Стас Белобородов, Татьяна Никитина. В прошлом все редактора. Не помню ни одной планерки! Задания не раздавались, ничего не согласовывалось, каждый писал о том, что считал нужным. Вся работа редактора Бурмакина сводилась к тому, чтобы из всего написанного скомпоновать отличный номер.

Но делать газету — это как варить плов, то есть нужно определенное количество риса, мяса и специй в строгой последовательности. А Бурмакин был хороший повар. Как я это сейчас понимаю, цель моего прихода в «МК» состояла в оживлении и облегчении газеты, перегруженной политикой и конфликтами. Поэтому я вел обзор культурной и светской жизни, национальную тему, то, чего раньше здесь не было.

Вышла серия аналитических статей по «агинскому экономическому чуду», буддизму, появилась рубрика «Полиция моды». Прошла серия легких интервью с Татьяной Думновой, Ларисой Иринцеевой, Мэдэгмой Доржиевой, супругами Скосырскими, Алешей Фишевым, Константином Ханхалаевым и т.д. Помню, как в Улан-Удэ появился первый «хаммер». Вместе с нашими красавицами-блондинками из редакции мы сделали тест-драйв и получился феерический репортаж «Хаммер и девушки».

— Может, что-то запомнилось из того периода?

— Я с ностальгией вспоминаю то время. Были корпоративы, выезды на природу. При этом отношения внутри редакции были не из простых. Все были звездами, имели свой характер, каждый сидел в своем углу, бывало, что по идейным соображениям месяцами не разговаривали друг с другом. Я как человек коммуникабельный, в какой-то степени служил объединяющим фактором. Даже сидел в центре комнаты.

Рядом стоял кулер, всегда были чай, кофе и печенюшки. Таким маленьким и уютным в свое время был «Информ Полис», когда в нем работали Слава Дагаев, Тимур Бадмаев, Тамара Нагуслаева, Лариса Покацкая, Леша Анготкин.

А расположение редакции «МК» было очень удобным, собственно она и сейчас там находится — прямо на Арбате. Благодаря Геннадию Айдаеву улица стала пешеходной. Ты мог выйти на крыльцо и тут же сделать материал, потому что перед тобой взад-вперед проходила толпа друзей и знакомых. Собственно, так мы делали рубрику «Полиция моды». Выходили с Зориком Дагбаевым, выдергивали и фотографировали модно одетую девушку, и наши критики разбирали особенности ее наряда.

— Наталья Дружинина вспоминала, что в «МК» журналисты зарабатывали больше, чем в других газетах. Вы поэтому пришли работать в «МК»?

— Этот фактор сыграл не последнюю роль. Говоря о доходах журналиста, здесь важно понимать, что это были не только гонорары, но и работа с рекламодателями. В этом плане с Андреем Бурмакиным сотрудничать было гораздо проще. Редакции было выгодно, что я приносил рекламные материалы, мне — что я получал за них свой процент. И все журналисты «МК» в Бурятии» активно участвовали в избирательных кампаниях.

— Как вы думаете, почему «МК» не удалось нарастить тираж выше 16 тысяч экземпляров?

— Например, «Информ Полис» проводил массу мероприятий вне редакции, в целях увеличения тиража ездил по районам организовывать подписку. В этом плане «МК» ничего этого не делал, потому что сама газета была иной. Тогдашние опросы показывали, что читатель «МК» — это наиболее интеллектуальный, но узкий контингент, сосредоточенный в Улан-Удэ. Поэтому «МК» достаточно быстро достиг своего исторического максимума в 16 тысяч экземпляров и прыгнуть выше просто уже не мог. Стремительно развивался Интернет, появился первый общественно-политический сайт «Байкал Медиаконсалтинг», учредителями которого были автор идеи и идеолог Николай Будуев, аналитик Андрей Думлер и ваш покорный слуга.

Но работал там с самого начала один Думлер, поскольку больше прокормить сайт никого не мог. Рекламодатели до сих пор очень слабо тратятся на рекламу в Интернете. Через какое-то время Думлер выкупил наши доли, но позднее был вынужден продать ресурс. Сейчас он работает на сайте «Номер один».

— Почему вы ушли из «МК»?

— Я ушел в 2009 году, проработав в «МК» четыре года. У меня начались книжные проекты, вышла книга «Агинский вираж», «Бухэ барилдаан. Особенности бурятской национальной борьбы» — которую я вручил Путину, когда он в первый раз приехал в Бурятию. Это был отличный рекламный ход, после которого книга ушла влет. Были проекты по буддизму, «Криминальная история Бурятии» и т.д. Книги требовали времени, а журналистика — это все-таки конкурентная область.

У меня был большой газетный опыт, но хотелось попробовать себя на телевидении. На канале «Мир — Бурятия» начала выходить авторская программа «Нейтральная территория», где знаковые персоны высказывали разные точки зрения на проблемы. Всего вышло около 100 выпусков. Недавно на БГТРК стартовала программа «В фокусе Александр Махачкеев и…», где в основном говорим о политике.

— Почему в какой-то момент «МК» начал сдавать позиции? Проще говоря, Бурмакин перестал жить жизнью газеты и продал ее? Что случилось с Димой Родионовым?

— Во многом Бурмакин повторил тот путь, который прошли другие бизнесмены. Предприниматель создает бизнес, обеспечивает связи, политическое прикрытие, стратегическое развитие, но всю жизнь тянуть эту лямку психологически очень тяжело. Почему даже в маленькой Бурятии примеры успешного бизнеса, который много лет ведут Бадановы, Матхановы, Роговы, Покацкие, это примеры семейного бизнеса? Мужчина придумывает идею, ставит на ноги новое дело, а каждодневной, кропотливой работой занимается женщина, которая более к этому склонна. Слава Дагаев создал «Информ Полис» и передал его своей супруге Соелме. Так сложилось, что у Бурмакина не оказалось такого человека, кому можно было передать «МК». С другой стороны, Андрей сполна реализовал свой потенциал и сейчас продолжает заниматься тем, что соответствует его характеру. Ведь, по сути, он очень замкнутый человек, интроверт, живет в своем мире, занимается сейчас фотографией и, судя по всему, его это вполне устраивает.

Возможно, Дима Родионов тоже стал уставать от всего этого движения по кругу. Как говорят в журналистике, чтобы не исписаться, нужно все время двигаться. Если не получается по вертикали, то хотя бы по горизонтали. В «Информ Полисе» можно было расти по вертикали, то есть стать редактором. В «МК» это было невозможно, но зато была стабильность и свобода творчества. Тогда «МК» был примером этакого интеллектуального сообщества, как принято называть это в современном мире. Я имею в виду, что помимо журналистики ты мог заниматься чем угодно. Никого не интересовало, когда ты приходишь на работу, когда уходишь, Бурмакина интересовал только итоговый результат. Удачное сочетание состояло в том, что Андрей был сам творческим человеком и при этом хорошим менеджером, то есть умел подбирать людей, договариваться, устраивать дела. С ним у меня никогда не было конфликтов. Поэтому «МК» и стал тем «МК», каким мы его знаем. Работа была налажена столь хорошо, что даже уход Бурмакина в целом не сказался на газете. ООО «Издательство Бурмакина» не поменяло своего названия. Газета имеет своего читателя и продолжает занимать ключевое место в информационном пространстве республики.