Выбор Бурятии: «Голос кочевников» или «Ночь ёхора»

Что предпочесть национальной республике для привлечения туристов

27.06.2018 в 03:57, просмотров: 1538

Приставка «супер» из уст главы Бурятии поначалу немало повеселила скептиков всех мастей. Между тем есть над чем задуматься.

Выбор Бурятии: «Голос кочевников» или «Ночь ёхора»
фото: russianstock.ru

Местами врожденный, местами тонко культивируемый комплекс неполноценности жителей «таежной и озерной» придется отколупывать слой за слоем. Глядишь, и удастся продвинуться в этом направлении, при условии, что энергии и оптимизма хватит не плюнуть на все с высокой колокольни. Тем более, что предшественникам Алексея Цыденова в голову не приходило думать о душах вверенной в управление паствы. Супер — это субстанция все-таки из категории моральной, нежели материальной. И поначалу важно чтобы в эту субстанцию поверили…

Экспозиция

Как Алексей Самбуевич собрался делать из нас суперлюдей, из которых должна, по логике, получиться суперреспублика, пока не известно. Или известно, но не всем. Вполне допустимо, что продолжается рекогносцировка — территория для выработки генерального наступления по всем фронтам к главной цели. Ждать, благо, мы умеем. Правда, не всегда ожидание во благо. Десять лет Наговицына закончились для него полным фиаско с единственным результатом в виде оглашения суперидеи по созданию на берегах Байкала «туристической Мекки». Пока «Мекка» оборачивается колоссальными экологическими нагрузками на Байкал, разгулом преступности и нехваткой сервисных ресурсов для туриста. Прибывающие в солидных количествах туристы, в особенности из Поднебесной, вынуждены «глазеть» лишь на голову вождя мирового пролетариата, Иволгинский дацан и, если повезет, на творчество семейских в 50 километрах от столицы.

С бурятами, эвенками и русскими в республике посложнее. Для начала их надо отыскать. Этно с бурятами также в 50 километрах, но в противоположную от семейских сторону. Учитывая, что у туристов со временем всегда большие проблемы, у нас все устроено таким образом, чтобы у туристов был жесткий выбор: «или-или». Ресторана с русской кухней в центре Улан-Удэ попросту нет. А те, что где-то есть, придется разыскивать с фонарями.

Завязка

Неудобно напоминать, но туризм как отрасль экономики вещь в мире не новая. И за 10 лет понятие инфраструктуры и логистики хотя бы в Улан-Удэ выстроить по силам даже самым нерасторопным чиновникам. Этнодеревни, культурные события, гастрономический туризм — это все-таки из категории идей, организации и относительно небольших средств. Это ж не «Гавань» в Турке забабахать за федеральный счет.

С идеями в Бурятии и того хуже. За десятилетие провозглашенного туризма в республике родилось ровно две идеи, которые как-то способны привлечь внимание туризма. Их вялотекущее состояние откровенно намекает на то, что у туристической отрасли в Бурятии как бы особый путь и культурный потенциал в этот путь не вписывается. Иначе как объяснить то обстоятельство, что сфера культуры в самый разгар туристического сезона уходит в плановые отпуска. Нонсенс? Так вот, о двух идеях.

Кульминация

«Голос кочевников» и «Ночь ехора». Ровно два проекта, которые могут быть интересны туристу не только иностранному, но и внутреннему. Причем внутренний, не только российский, но и бурятский, способен оставить даже больше денег, нежели иностранный. Про деньги иностранцев в Бурятии это не более чем миф. К нам едут сумасшедшие — в холод, даль и неизвестность. Их не так много и они не богаты. Но разных туристов объединяет одно качество — они приезжают познакомиться с уникальным, присущим только этой территории.

Никому же не придет в голову тащиться в Париж за тульским самоваром. Потому туристу, еще больше самой республике, нужны культурные события, способные привлечь сюда условный миллион туристов за сезон. Так вот, миллионы туристов едут на события мирового уровня. Чемпионаты мира, Олимпиады и культурные события уровня бразильского карнавала. И поскольку ни первое, ни второе нам не грозит никогда, остается третье — культурное событие.

Так как озеро Байкал уже не вывозит «дикого» туриста, а «Меккой» мы стать все-таки хотим. Не каприза ради, выхода другого нет. И тут вновь парадоксальная ситуация. И «Голос кочевников», и «Ночь ехора» в бытность министра Цыбикова были не в фаворе. Глава Алексей Цыденов прошлым летом внезапно проявил благосклонность к «Голосу кочевников» и на него пролился дождь в виде 6 миллионов бюджетных рублей. Находят, когда хотят.

Депутаты Народного Хурала безропотно отписали наши кровные на развитие музыкального фестиваля. У «Ночи ехора», по всей видимости, не хватило либо прыти, либо обаяния и она осталась при своих интересах. Поскольку бюджетных вливаний у второй в десяток раз меньше, чем у «Голоса». Так вот, если смотреть правде в глаза, с чем у нас в целом по стране очень плохо, раскрутить проект до приличного уровня без денег не просто сложно. Невозможно. Испытано опытным путем. И дело в следующем. В уникальности. Если разобрать и первый, и второй проекты на «запчасти», открывается простая истина. На «Голос кочевников» исполнители приезжают. И уезжают, прихватив наши с вами денежки в виде расходов на «прибытие-убытие» и на какие-никакие, но гонорары. В сухом остатке мы имеем пару сотен восторженных поклонников, которые таки добрались до Ацагата. Если уж быть до конца откровенными, то хедлайнеры «Голоса» страшно далеки от кочевников. В том числе горячо любимый всеми Вячеслав Бутусов. И при ином раскладе любому частному продюсеру в голову не пришло бы просить деньги из бюджета республики на организацию его концерта в Бурятии. А если бы пришло — просьбу автора сочли бы преступной. С таким же успехом хедлайнером фестиваля можно обозвать и Филиппа Бедросовича, при условии , что тому станет интересно потусить с кочевниками разного рода. Поскольку кочевниками духа при некотором напряжении можно назвать, как выясняется, хоть кого. Подмена ли это понятий или творческий «фьюжн» — другой вопрос

Что же касается «Ночи ехора», польза ее заключается как раз в том, что «ехор» уникален и присущ только нашей территории. И за годы работы фестиваля как внутреннего культурного продукта, а это 10 лет, авторам проекта удалось-таки «ехор» как массовый танец внедрить не только в сознание, но и в практическую плоскость. И в последние годы народ вне зависимости от национальности весело отплясывает этот несложный в исполнении танец по поводу и без повода — тоже. Без лирических отступлений на сакральность, дух народа и прочее, вполне можно быть уверенным, что как раз именно «Ночь ехора» способна претендовать на уникальность, так востребованную туристом. Амбициозно говоря, именно этот проект более перспективен в смысле будущего бразильского карнавала на бурятской территории.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что и проблемы языка, когда большая часть бурят разговаривает на гремучей смеси русского и бурятского, а то и вовсе не говорит, как раз-таки из-за отсутствия среды. Не только разговорной, но и культурной. Бог с ним, с языком, возможно, скажут некоторые. Но из соображений общей экономической пользы важно и необходимо сохранить этническую уникальность. Поскольку именно эта составляющая делает нас отличной от других регионов, которые тоже не прочь заработать на том, что уже есть.

И тут в полный рост встает вопрос, а занимается ли в правительстве Цыденова кто-либо анализом: что и в какой степени приносит пользу в деле развития туризма как отрасли? Потому что на поверхности пока очевидны лишь реанимационные действия в битве за чистоту берегов Байкала — пока единственно привлекательной «фишки» для туриста. Куда уж до цивилизации.

Развязка

Возвращаясь к суперреспублике как категории моральной, все-таки придется согласиться с тем, что супержители из нас получатся при условии появления суперидеи, которая как раз-таки способна родить и удержать в Бурятии свободно мыслящих людей. Могу предположить, что жителям республики нравится гордиться своими людьми и своими достижениями, поскольку большая часть все же планирует жить здесь, а значит, и готова поддержать любую идею, способную принести стабильность и достаток.

«Пространство впечатлений» культурного экс-министра Тимура Цыбикова так и осталось пространством, но без особых впечатлений. Подозреваю, что по причине ярко выраженной политики фаворитизма прежнего руководства республики. Поскольку ни Вячеслав Наговицын, ни его подчиненный Тимур Цыбиков любовью к народному не страдали. Более того, позиция аборигенов с бусами их устраивала куда больше. И дабы не вставать на те же грабли, их последователям придется основательно перетрясти культурно-исторический потенциал республики, чтобы наконец-то стать интересными миру. Ибо ни один театральный коллектив, кроме театра «Байкал», пока не способен стать центром притяжения для мирового туриста.

Эпилог

Успокаивает лишь то, что в целом российская власть медленно приходит к пониманию, что развитие территорий и внутренний туризм пока единственная альтернатива примитивной перепродаже ископаемых. А так как ресурсы не бесконечны и последние кубометры леса не за горами, республике все же придется прийти к пониманию, что главный ресурс в людях с их любовью к земле. Иначе все случится как обычно — разрушим до основания. А дальше окультуренная пустыня, где останется лишь память о бурятах с их ехором, о семейских с бусинами на кичках и эвенках, культуру которых они сами же все еще пытаются сохранить. Но можно ж и успеть. Если вовремя отделить зерна от плевел и влить серьезные средства именно в культуру и, наконец, признать ее категорией экономической.