Сергей Будажапов: «Уверен, что представительство Бурятии в Монголии будет восстановлено»

О 100-летии комсомола, бурятской дипломатии и дефиците кадров

08.05.2018 в 10:31, просмотров: 484

В этом году страна отметит 100-летие комсомола, дату, которая может показаться далекой историей только на первый взгляд. Комсомолу наша газета обязана своим названием. Из недр этой организации вышли самые известные политики Бурятии, а потому мы продолжаем интервью с теми, для кого комсомол по жизни стал путеводной звездой.

Сергей Будажапов: «Уверен, что представительство Бурятии в Монголии будет восстановлено»
фото: russianstock.ru
Сергей Будажапов.

Первое наше интервью состоялось с Владимиром Георгиевичем Бирюковым, одним из немногих бывших руководителей Бурятии, приглашенных когда-то на работу в ЦК КПСС. Сегодняшний разговор — с Сергеем Будажаповым, когда-то возглавлявшим в республике обком комсомола, а ныне общественную организацию «Ветераны комсомола Бурятии».

— Сергей Пурбуевич, для чего была создана отдельная общественная организация, если в Бурятии есть другие организации, в составе которых сплошь бывшие комсомольцы? Что вы делаете в своей организации, как часто собираетесь? Почему вас избрали председателем?

— Наверное, организоваться нас заставила необходимость объединения усилий по пропаганде опыта работы бурятского комсомола с молодежью республики, опыт других регионов, той же Иркутской области, где такая организация давно и активно работает. Традиционно 29 октября — день рождения комсомола — всегда отмечался многими мероприятиями, а когда вспомнили о предстоящем 90-летии бурятского комсомола, вот тогда остро встал вопрос о создании общественной организации. Инициатива исходила от группы комсомольцев, и на первом учредительном собрании меня избрали председателем. Бурятская региональная общественная организация по поддержке и развитию исторических и культурных традиций комсомольского движения «Ветераны комсомола Бурятии» — полное название новой организации, была зарегистрирована 26 октября 2012 года. После мы собрали широкое заседание актива, наметили план подготовки юбилея комсомола республики, создали портал в Интернете, а в мае 2014 года широко отметили 90-летие комсомольского движения в Бурятии.

Мы исходили из того, что не имеем морального права пропустить эту дату. Она имеет большое значение не столько для ветеранов комсомола, сколько для сегодняшней молодежи. Юбилей заставил всех — властные структуры, общественные организации, просто неравнодушных людей — критически проанализировать весь комплекс работы с молодежью. Согласитесь, что в этом плане ситуация оставляет желать лучшего. Сегодня молодежь во многом предоставлена самой себе, нет планомерной продуманной работы по привлечению ее к труду, спорту, общественной жизни. И опыт, который наработан комсомолом за десятилетия по нравственному, трудовому, патриотическому, физическому воспитанию молодежи, надо вспомнить и попытаться применить в новых условиях.

Вот подготовка молодых руководителей. Об этом хорошо, на мой взгляд, сказал на юбилее тогдашний глава Вячеслав Наговицын. Он выступал десять минут без бумажки, причем говорил о том, что республика сейчас испытывает дефицит кадров, которого ранее не было. Кстати, Вячеслав Владимирович сам был на комсомольской работе — трудился секретарем комитета комсомола завода в Томске, где позже был назначен директором.

В советский период система подготовки и выдвижения молодежи начиналась с октябрятских звездочек, пионерских организаций, затем работа в комсомоле и далее партийная, хозяйственная. К членам актива предъявлялись высокие требования, соответствовать которым удавалось не каждому. Благодаря тому, что эта система работала эффективно, удавалось отбирать, учить, готовить всех подающих надежды будущих руководителей. Представьте себе, что во всех без исключения учебных учреждениях были комсомольские группы, работал многочисленный актив, в том числе работали освобожденные секретари комитета комсомола. Причем хочу подчеркнуть: ВЛКСМ был самодостаточной организацией и всю свою деятельность финансировал самостоятельно.

— В отличие от Наговицына, Алексею Цыденову по причине молодости пройти комсомольскую школу не удалось, тем не менее нельзя сказать, что вопрос подготовки молодых управленцев решать не пытаются. Совсем недавно состоялся выпуск первого набора потенциальных губернаторов, которых заставляли прыгать с 7-метровой скалы и слушать китайскую философию. А как учили в комсомоле?

— В каждом комитете комсомола существовала, как теперь называют, длинная скамейка запасных. Это было обязательным требованием, предъявляемым к первому секретарю. Скажем, как первый секретарь Селенгинского райкома я ежегодно обязан был представлять в обком информацию о резерве на свое место, других секретарей райкома, на каждого из 20 освобожденных работников, работавших в районе и получавших зарплату из комсомольской кассы. В этот резерв нельзя было включить своего приятеля, поскольку проверялось и анализировалось все — где учился этот человек, насколько он подготовлен, как показал себя на предыдущих должностях и т.п. Отдельно учили председателей совета дружин, комсоргов классов, студенческих групп, факультетов, функционировали школы комсомольского актива.

Завершала всю эту пирамиду высшая комсомольская школа при ЦК ВЛКСМ, где обучались в течение двух лет на базе высшего образования, а также на факультете с 4-годичным обучением, приравненного к вузовскому образованию. Причем условия там были гораздо лучше, чем в обычных институтах, начиная от общежития и заканчивая высокой стипендией. Подготовка комсомольских кадров мало чем отличалась от подготовки партаппарата, причем КПСС, как правящая партия, естественно, пополняла свой актив за счет уже проверенных комсомольских работников.

Например, выпускник 4-годичного отделения высшей комсомольской школы Вандан Бадмаевич Базаров работал первым секретарем райкома КПСС в четырех районах республики (Селенгинском, Баргузинском, Тункинском, Советском районе г. Улан-Удэ). А начинал свою работу после учебы в должности первого секретаря райкома ВЛКСМ в Заиграевском районе, где в период освоения целины комсомольцы методом народной стройки построили мелиоративный канал, который с тех пор так и прозвали — базаровский.

— Если комсомол готовил кадры не хуже, чем партия, почему после развала СССР комсомольские лидеры не сумели продолжиться в политике? Вот первому секретарю Орловской области Егору Строеву, первому секретарю Бурятского обкома Леониду Потапову удалось с приходом перестройки взять власть в свои руки, легально переизбраться, а почему этого не сумели сделать комсомольские лидеры?

— Я не соглашусь с тем, что комсомольские работники потерялись, не сумели приспособиться к новым реалиям. Наоборот, зачастую звучат обвинения в том, что шустрые комсомольцы быстро приспособились к новой жизни. Конечно, у всех судьба в то трудное время сложилась по-разному. Я приведу примеры некоторых людей, с которыми лично знаком по комсомолу.

Например, бывший первый секретарь ЦК ВЛКСМ Борис Николаевич Пастухов работал послом России в Дании, Афганистане, заместителем министра иностранных дел, министром по делам СНГ. Будучи депутатом Госдумы мне довелось не раз с ним бывать в командировках и поэтому знаю, каким авторитетом в стране он пользуется. Мало кто в нашей стране не знает Геннадия Андреевича Зюганова, бывшего первого секретаря Орловского обкома комсомола.

Первый секретарь Новосибирского обкома комсомола Виктор Семенович Косоуров работал заместителем губернатора, избирался депутатом Госдумы, трудился аудитором Счетной палаты России, сенатором. Геннадий Павлович Кара — наш куратор в ЦК ВЛКСМ, работал в управлении внутренней политики админи-страции президента России в должности первого заместителя.

Если посмотреть на наших товарищей — это член Совета Федерации от Бурятии Александр Варфоломеев, бывший первый секретарь Мухоршибирского райкома и второй секретарь обкома комсомола. Среди глав районов много вчерашних комсомольских работников, скажем на моей малой родине в Селенге — это Станислав Гармаев, возглавлявший комсомольскую организацию факультета ВСТИ. Могу назвать и Татьяну Быкову — министра социальной защиты республики, которая также работала секретарем ВСТИ и Советского райкома. Можно очень долго называть имена бывших комсомольских секретарей, а сегодня членов правительства, руководителей нашей столицы и районов.

— Вы начинали учителем физики, работали завотделом пропаганды и агитации райкома, откуда взялась мечта стать дипломатом? Ваше неожиданное назначение в представительство Бурятии в Монголии в 2013 году можно ли считать случайностью?

— Параллельно с работой я все время учился, без отрыва от основной работы в ноябре 1989 года защитил кандидатскую диссертацию, в 1991 году планировал поступать в дипломатическую академию МИД СССР, но помешали известные события. Когда же в 1996 году был избран депутатом Государственной Думы, то вошел в комитет по делам национальностей, после в течение 4 лет входил в его экспертный совет. Был координатором группы депутатов по связям с парламентом Монголии, поэтому после завершения работы в парламенте мне была предложена работа в Монголии.

С 2005 по 2007 годы работал первым секретарем посольства России в Улан-Баторе, руководил группой внутренней политики, в мои обязанности входили взаимодействие со структурами президента, правительства, парламента, политических партий и общественных объединений Монголии.

В 2008 году защитил докторскую диссертацию по теме «Исторический опыт национально-государственного строительства в национальных субъектах Российской Федерации». Поэтому назначение в апреле 2013 года на должность министра и члена правительства — руководителя представительства Бурятии в Монголии, которое было достаточно неожиданным, вряд ли можно считать случайностью.

— Алексей Цыденов начал реформу правительства с того, что ликвидировал представительство. Если забыть о том, что вы его возглавляли, как относитесь к такому решению?

— Я пытался убедить Алексея Самбуевича в ошибочности такого решения, дважды направлял служебную записку, предлагал подробно обговорить этот вопрос при личной встрече. Глубоко убежден в том, что наша республика должна быть представлена в братской соседней стране полноценным представительством, а не сотрудником министерства экономики, прикомандированным к торговому представительству России. Мы имеем с монголами общую историю, язык, культуру, традиции. Монголы и буряты — один народ, и определять наши отношения только величиной товарооборота неправильно.

Наше представительство являлось первым в Монголии из шести подобных. И если представительство Иркутской области при разных губернаторах упразднялось дважды и никого в Монголии это особо не взволновало, то решение об упразднении бурятского представительства было воспринято болезненно.

Приведу один факт. В парламентах государств есть группы по связям с коллегами других стран. Великий Государственный Хурал не является исключением, скажем, в группу по связям с парламентом России входят 22 члена Великого Хурала, с Вьетнамом и Лаосом 4 и 5 человек соответственно. Но обратите внимание: в монгольском парламенте функционирует уникальная и единственная группа по развитию связей с конкретным субъектом соседнего государства — группа «Монголия-Бурятия» — в количестве 14 депутатов во главе с бывшим заместителем министра иностранных дел Н.Оюундарь. Думаю, что один этот факт говорит об особом отношении наших братьев-монголов к Бурятии.

Второе. Монголия — это не только Улан— Батор, половина населения проживает в аймаках. Кстати, в бытность руководителем представительства Николая Атанова активно развивались прямые связи аймаков Монголии с районами Бурятии. Самым близким для Бурятии является Селенгинский аймак, с которым во все времена особо тесно строились наши отношения. Я хорошо помню, как дружили руководитель республики Модогоев и глава аймака Сэлэнгэ Хоцбазар. Комсомольцев и ревсомольцев также связывали тесные братские узы дружбы. В пору моего секретарства мы помогали построить и оснастить оборудованием молодежный лагерь на реке Селенге, который сегодня стал базой отдыха трудящихся аймака.

— А есть другие примеры в пользу представительства?

— В мае 2015 года многочисленная делегация республики посетила Селенгинский аймак. Нашу делегацию во главе с Вячеславом Наговицыным встречали на уровне государственного визита, руководителя республики произвели в почетного гражданина аймака, подарили коня, оказали высшие почести. Не ошибусь, если скажу, что после этого отношения Вячеслава Владимировича с губернатором аймака С.Бурэнбатом переросли в крепкую мужскую дружбу. Подтверждением является их совместный отдых на Байкале летом прошлого года, уже после отставки со своих постов.

Уверен, что представительство Бурятии в Монголии будет восстановлено в полном объеме, тем более, что по этому поводу принято решение Народного Хурала. А если вернуться к началу нашего разговора, то предстоящий вековой юбилей комсомола — не только для ветеранов, которые отметят этот праздник без всяких указов и постановлений. Нам хотелось бы, чтобы юбилей подвигнул старших товарищей обратить внимание на нашу молодежь, которая растет в совершенно других условиях. Органам власти необходимо критически проанализировать работу с молодежью, сделать все возможное, чтобы она, следуя традициям старших поколений, достойно продолжила их в современных условиях. Будем помнить, что за ними будущее нашей родины, которая нам всем дорога и любима.




Партнеры