Печальный юбилей: кто привел страну к краху, а народ к нищете

К 25-летию распада Советского Союза

13.12.2017 в 05:30, просмотров: 4115

В конце 1991 года первый и единственный президент Советского Союза Горбачев в весьма будничной обстановке известил мир о том, что «Советский Союз как геополитическая реальность перестал существовать…». Прошло четверть века. Последствия этих событий с каждым годом ощущаются все больше и больше.

Печальный юбилей: кто привел страну к краху, а народ к нищете
Поход в магазины нередко заканчивался трагически.

…С середины 80-х годов начинается период завершения истории советского государства, окончившейся распадом СССР. После череды похорон высших руководителей партии и государства (Брежнев, Андропов, Черненко), последовавших в течение всего лишь двух с небольшим лет (ноябрь 1982-го — март 1985-го), приход к власти Горбачева народ воспринял с надеждой на положительные перемены. Было видно, что руководство партии, в конечном счете, пришло к выводу, что в сложившихся условиях необходимо принимать решения на долгосрочный период, где не последнюю роль играют возраст и здоровье руководителя.

На состоявшемся в апреле 1985 года пленуме ЦК КПСС Горбачев очертил главные, по его мнению, вопросы, которыми должна заняться партия, — укрепление дисциплины и порядка, борьба с пьянством, с привилегиями, перестройка кадровой политики. По стране загремело слово «перестройка».

Народ в основной своей массе считал, что пустые полки в магазинах, отсутствие в продаже необходимого ширпотреба — это результат мошенничества и воровства, недобросовестности партийной элиты, которая имеет все, а народ стоит в очередях и бедствует.

Последовал указ президиума Верховного Совета СССР об усилении борьбы с нетрудовыми доходами. Горбачев преподносил эту кампанию под тем соусом, что в ближайшем будущем борьба с нетрудовыми доходами позволит наполнить полки магазинов товарами, оживить производство. Однако при этом не было четкого определения что понимать под «нетрудовыми доходами». Например, человек не занят в общественном производстве, трудится лично для себя и получает доходы от реализации собственной продукции. Главное в этом тезисе было «уклонение от участия в общественном производстве».

Помню, в Онохое какой-то умелец из деталей, собранных в основном на свалке металлолома, изготовил агрегат, напоминающий трактор, и пахал на нем землю у соседей, получая таким образом «нетрудовые доходы»… Если же называть вещи своими именами, то это были доходы самого настоящего трудяги.

Имитация борьбы

Короче, кроме рекламы, имитации кипучей борьбы за социальную справедливость из этого указа больше ничего не выжали. Вскоре появились другие нормативные акты, разрешающие предпринимательскую деятельность. Многие ударились тогда в коммерцию, но поскольку в то время мало кто знал что это такое, все стремились, главным образом, получить большие деньги без вложения их в производство. Основным видом деятельности стала работа «купи-продай».

Закономерный итог всеобщей коммерциализации общества — активное внедрение в бизнес должностных лиц, чиновничества. Первый заместитель мэра Улан-Удэ Андрей Фирсов сумел прилепить к рукам кое-что из бывшей государственной собственности, за что два или три года провел в следственном изоляторе, работая в хозяйственной обслуге.

Не избежал этой участи и первый избранный населением мэр города Валерий Шаповалов. Будучи при исполнении, этот градоначальник создал коммерческий банк «Улан-Удэ», стал, в нарушение всех существующих норм, одновременно председателем его правления, организовал прохождение через этот банк всех поступающих в городскую казну финансовых потоков, в том числе бюджетных средств, предназначенных для оплаты труда учителей, врачей, работников культуры, задерживая выплату по нескольку месяцев. За это время деньги прокручивались через коммерческие структуры, на них наворачивались громадные проценты, из которых часть сумм, естественно, «капала» на ладошку мэра.

Были и другие «чудеса». Например, передача, как говорят, «за красивые глаза» здания кинотеатра «Октябрь»  прибывшему в  Улан- Удэ «с визитом доброй воли» бывшему слесарю сельской школы из Армении. И не просто передал здание, а передал с довеском в размере 30 миллионов рублей, якобы для ремонта крыши. Деньги ушли на сторону, а для ремонта крыши понадобилось всего несколько тысяч рублей для покупки жести.

Я работал в то время первым заместителем министра внутренних дел республики и по долгу службы бывал в следственном изоляторе в период пребывания там мэра. Начальник СИЗО докладывал, что мэр на условия содержания в тюрьме не жалуется, получил даже благодарность за хорошее мытье полов в камере и в коридорах.

Всех подробностей мошеннических действий бывших руководителей не называю, об этом достаточно подробно излагалось в газетных публикациях, хочу лишь подчеркнуть, что любой бардак в обществе когда-то заканчивается. К сожалению, об этом не думают многие, состоящие и раньше, и нынче при исполнении…

фото: МК в Бурятии
Леонид Потапов.

фото: МК в Бурятии
Валерий Шаповалов.

фото: МК в Бурятии
Владимир Саганов.

Демократы-экстремисты

Провозгласили лозунг: «Разрешено все, что не запрещено законом». У нас этот лозунг экстремисты, именующие себя «демократами», быстро взяли на вооружение. Три таких «демократа» притащили в вестибюль здания Совета министров Бурятии матрасы и подушки, улеглись и объявили голодовку, выражая тем самым протест против существующего в стране тоталитарного режима. Думаю, что для этих рьяных демократов главное заключалось в популизме, что стало бы немалым капиталом при участии в выборах в органы власти. В течение нескольких дней они дневали и ночевали в здании правительства, поражая посетителей своей очевидной дикостью.

Я предложил Владимиру Саганову, тогдашнему председателю правительства, выкинуть их из здания. Он с иронией ответил: «Нельзя, у нас же демократия…».

Митинговали повсюду и по любому поводу. Однажды вдруг собирается толпа перед высоким крыльцом здания геологоуправления, что напротив Дома Советов, и начинаются крики: «В КГБ существует план захвата власти. Не допустим переворота!..». И толпа тут же начинает выбирать делегатов, чтобы идти проверять документацию КГБ.

Это была самая настоящая провокация, имеющая своей целью еще больше дестабилизировать обстановку. Понятно, что сами по себе, стихийно, такие ситуации не возникают. Ведь каждый митинг требует не только микрофона, но и соответствующего оповещения для сбора, определения выступающих, ведущего. Думаю, что при этом не обходилось без участия извне.

Однажды позвонил начальник районного отдела милиции. Доложил, что из мест лишения свободы освободился ранее неоднократно судимый местный уроженец. Устроился работать, но вместо работы каждый день митинговал в конторе. Директор даже бросил из-за него работу. Провели, как в то время было принято, собрание и на место директора избрали бывшего зека. Тот начал с того, что все финансовые средства предприятия роздал в виде премий и зарплаты. Рабочие довольны, а предприятие обанкротилось.

Почему-то демократия у нас получилась не созидающая, а разрушающая, в том числе дисциплину и порядок. Возле памятника-мемориала на проспекте Победы один из экстремистов установил брезентовую палатку и в течение недели дневал и ночевал в ней, отказываясь от приема пищи в интересах демократии, однако был крепко побит охранявшими его по ночам сторонниками демократии, поймавшими его чавкающим под одеялом.

Многое тогда вызывало удивление. Вдруг объявились в Улан-Удэ американцы. В аэропорту приземлился американский «Боинг», и военные летчики разгуливали по улицам, с хохотом разглядывали пустые витрины магазинов и фотографировали утлые домишки в старом центре города.

Однажды дежурный по МВД докладывает: «На железнодорожном вокзале с поезда, следующего в пограничные Наушки, сняли группу американцев, у которых не оказалось нужных документов».

Приводят в кабинет троих. Одеты просто, без всякой вычурности. Увидишь на улице и не обратишь внимание. Обычные местные жители, ничем не напоминающие иностранных туристов.

— Кто такие? Куда и зачем едете?..

Отвечают спокойно, без всякой иронии: «Мы считали, что Бурятия и Монголия — это единая страна. Хотели посмотреть родину Чингисхана». Только вот запастись необходимыми документами, «чтобы посмотреть», посчитали ненужным. В то же время визы у них были оформлены на пребывание в Москве и Ленинграде. В стране, как следовало из сообщений прессы, подобное происходило повсеместно, власть на глазах теряла способность управлять страной.

Фальшивые карточки

Прилавки магазинов совершенно опустели. Люди еще помнили, как во время войны исчезали с прилавков в первую очередь соль, сахар, мука… И готовились к худшему.

Ввели продовольственные карточки, как во время войны. Помнится, в это время были получены оперативные данные о том, что в одной из типографий Якутска изготовили большое количество продовольственных карточек для сбыта на территории Бурятии. Рулоны отпечатанных карточек были изъяты. Сбыт их, несомненно, привел бы к краху всей экономики республики и обрек на голод многие тысячи людей. События удалось предотвратить. Преступников арестовали.

фото: flickr.com

Почему такое происходило? Это была линия Горбачева, который упорно повторял о свободном демократическом обществе, где каждый волен делать то, что ему хочется.

В Нагорном Карабахе начались боевые действия, в которых принимали участие с одной стороны Азербайджан, с другой — Армения. Разве можно было представить, что одна область начинает боевые действия против другой? А ведь дело выглядело именно так. Две республики в составе одного государства воюют между собой, применяя артиллерию, авиацию, воинские формирования, а глава государства при этом практически не предпринимает реальных шагов по урегулированию обстановки. Серьезный конфликт на межнациональной почве разгорается в Ошской области Киргизии. Реакции со стороны руководителя государства — никакой.

Через два года после прихода к власти Горбачева стало ясно, что кроме пустой говорильни за ним ничего нет. А через пятнадцать лет, когда он, сойдя со сцены, давал у Бранденбургских ворот интервью по телевидению о путях развития демократии в России, обронил фразу, которая, на мой взгляд, раскрывает смысл всей затеянной им перестройки: «Каждый политик пытается ухватиться за полу пролетающей мимо истории…».

Это как Герострат, который с целью увековечить любой ценой свое имя в истории сжег храм Артемиды, Горбачев пошел на разрушение громадного государства. Как написал в книге «Сыск» директор НИИ при генеральной прокуратуре России, вице-президент международной ассоциации уголовного права, доктор юридических наук И.И.Карпец, «…история еще не знала примеров, когда правители столь успешно привели бы собственную страну к краху, а народ — к нищете, бесправию, нравственному и межнациональному распаду». Здесь не храм — целое государство на распыл пошло.

Последние годы Россия живет в новых условиях. Преодолев горбачевскую «перестройку» и ее негативные последствия, страна шаг за шагом укрепляет свои позиции в мировом лидерстве.