За что в Бурятии сидели именитый шансонье и один из отцов водородной бомбы

Республика крим

29.08.2018 в 06:15, просмотров: 1332

Сибирь издавна считается краем каторжных и ссыльных, куда массово отправлялись декабристы, диссиденты, пленники, «кулаки» и политрепрессированные.

За что в Бурятии сидели именитый шансонье и один из отцов водородной бомбы
фото: flickr.com

Провинившихся перед законом частично принимала и Бурятия, где оказывались не только рядовые, но и очень известные люди. Среди них — один из самых известных в стране музыкантов-песенников и ученый мирового масштаба.

Их помнит и лично знает заслуженный юрист Бурятии, полковник внутренней службы в отставке, председатель общественной наблюдательной комиссии РБ Николай Ломако. Об известных пенитенциарных учреждениях республики и их знаменитых «сидельцах» он рассказал корреспонденту «МК» в Бурятии».

В республике насчитывается восемь исправительных организаций, которые создавались преимущественно вокруг крупных предприятий, и сегодня почти не имеют «свободных мест». Но утверждать, что они буквально опоясывают бурятскую столицу, как считают некоторые ее жители, было бы ошибочно. Три дислоцируются едва ли не в центре Улан-Удэ, столько же — на его окраинах и два — за пределами. В этом плане наш город схож с другими в России, где подобные учреждения тоже расположены в непосредственной близости или в самих городах.

На улице Шмидта располагается уголовно-исполнительная инспекция, имеющая 25 филиалов. Они исполняют меру пресечения в виде домашнего ареста и меры уголовно-правового характера в отношении лиц, осужденных без изоляции от общества, включая обязательные и исправительные работы.

В 1803 году по указу руководства Иркутской палаты в Верхнеудинске был выстроен деревянный острог, а в 1886-м   по предписанию военного губернатора Забайкальской области — каменная тюрьма на 440 человек, которая в 1964 году реорганизована в следственный изолятор №1 на 1140 человек.

В 2012-2016 годах через него «прошел» бывший вице-президент федерации дзюдо РБ, председатель попечительского совета, называемый криминальным авторитетом И. по прозвищу «Садык». По заявлению другого авторитета — «Ринчина», членов организованной преступной группы, руководство которой приписано И., обвинили в вымогательстве, грабеже, незаконном хранении оружия, обороте наркотиков и нефрита. Николай Ломако подчеркивает: находясь под следствием в Улан-Удэ и испытывая проблемы со здоровьем, Садык вел себя довольно тактично и сдержанно, «без выпячиваний». Пару лет назад его перевели в СИЗО в Чите.

В 1972 году в г. Гусиноозерске Селенгинского района начала строиться электростанция. Дефицит рабочих рук вынудил открыть на берегу местного озера исправительно-трудовую колонию усиленного режима, обитатели которой привлекались к строительным работам. Затем она превратилась в исправительную колонию №1 общего режима, где лимит наполнения составляет менее 1000 человек. Осужденные обучаются на маляров, столяров, слесарей, сварщиков и штукатуров, ведут подсобное хозяйство, выпекают хлеб, обрабатывают дерево, изготавливают срубы и сувениры, производят мебель, пиломатериалы, тротуарную плитку.  Особо «выдающихся» преступников за годы существования колонии не было.

По приказу НКВД СССР от 15 октября 1945 года в поселке Южный появилось лагерное отделение №1 при улан-удэнском лагере №30 для японских военнопленных, обслуживавших мясокомбинат, суконную фабрику, управление стройматериалами, а также строивших железнодорожную ветку «Улан-Удэ — Наушки» и автомобильную дорогу вокруг Мандрика.

В 1948 году на базе этого лагеря была создана ИТК-2 — ныне просто исправительная колония №2 строгого режима с лимитом наполнения в более 1,5 тыс. человек. Тут содержатся лица, ранее отбывавшие наказания в местах лишения свободы. Они делятся на 17 отрядов (1 — со строгими условиями, 1 — с облегченными и 15 — с обычными). Те, кто не получили среднее образование, зачисляются в школу, а те, кто не имеют специального — в профессиональное училище и становятся поварами, обувщиками, кочегарами, кондитерами. Работают же в обувном, швейном, мебельном, мельничном, металло-, деревообрабатывающем и в других цехах. В учреждении функционирует республиканская соматическая больница, где оказывают медицинскую помощь осужденным.

— В 1980-х годах наказание в Южлаге отбывал соратник академика Сахарова, один из «отцов» водородной бомбы, ярый противник советского режима Александр Болонкин, — вспоминает Ломако, в то время работавший начальником отдела следственного управления МВД. — Он был осужден по политическим убеждениям и  после отбытия основного наказания этапирован из центра СССР на север Бурятской АССР. Будучи в ссылке в Баунтовском районе, ремонтировал технику, но совершил мошенничество и по приговору суда был направлен в ИК-2 в Улан-Удэ. Во время следствия каждый день к нам приходило  по шесть мешков писем со всего света с требованиями о его освобождении. Болонкин занимался деревообработкой, а однажды решился на побег — соорудил ранцевый вертолет на базе бензопилы «Дружба», который до сих пор хранится в музее ФСБ. Прямо перед отлетом его «сдали» некоторые товарищи — дескать, чего осуждаешь Советскую власть? Тогда Болонкин стал сотрудничать со следствием, отказался от диссидентства и был освобожден от уголовной ответственности. Преподавал в Восточно-Сибирском технологическом институте, каждую неделю приходил ко мне и просил найти его диплом об окончании с отличием Казанского авиационного института от 1953 года, изъятый в Баунте. Каждую неделю я летал туда, но безрезультатно. Тем временем он получил разрешение на выезд из Советского Союза, добрался до Австрии, однако вместо Израиля отправился в США и написал оттуда: «Продолжайте искать мой диплом». Буквально через три дня после этого приехал начальник следственного отделения и привез утерянный документ. А когда коллега полетел на международное совещание по борьбе с незаконным оборотом наркотиков в Америку, передал диплом из рук в руки. Александр дал расписку, забрал документ, поблагодарил.

фото: facebook.com
Александр Болонкин.

Впоследствии он, доктор технических наук, специалист в области авиации, ракетостроения и математики выпустил книгу «Записки политзаключенного», где поведал о 15 годах пребывания в местах не столь отдаленных, включая и бурятскую колонию.

В мае 1971 года был создан лечебно-трудовой профилакторий в поселке Загорск в Улан-Удэ, куда на принудительное лечение и работу на Кирзаводе отправлялись алкоголики. В связи с ликвидацией в 1993 году преобразован в следственный изолятор №2, который в 1999-м реорганизован в исправительную колонию-поселение №3 примерно на 280 человек. Здесь отбывают наказание те, кто совершил преступления по неосторожности, а также впервые — небольшой тяжести. Они выращивают овощи, трудятся на пилораме, разводят крупный рогатый скот.

Из исправительной колонии усиленного режима близ улуса Цолга Мухоршибирского района «родилось» лечебно-исправительное учреждение №5 примерно на 800 человек. Тут находятся осужденные больные с открытой формой туберкулеза. Для диагностики заболевания ФСИН России поставила цифровой рентген-аппарат, которого нет даже в противотуберкулезном диспансере. Благодаря ему мгновенно выявляется недуг и значительно сокращаются заболеваемость и смертность. Действуют и учебно-консультационный пункт, и профессиональное училище, где обучаются на машинистов (кочегаров) котельной.

В 1980-х годах тут «мотал» срок именитый шансонье Михаил Звездинский (Дейнекин). Он был арестован за незаконную организацию концертной деятельности, прибыл по этапу в наши края и провел тут два года. Сначала «сидел» в ИК-5 в Цолге, потом — в КП-6 в Заиграевском районе. Наряду с остальными осужденными прилежно возводил административный корпус Новобрянского завода и охотно участвовал в художественной самодеятельности. А затем и вовсе стал музыкантом дома культуры — не без помощи его работников. Играл с местным ансамблем, рассказывал здешним жителям о советской эстраде, ее звездах — своих друзьях и закулисной жизни. Он «очаровал и околдовал» всех, особенно девушек и женщин, к которым относился крайне почтительно и внимательно. Гостя у сельчан, Мих-Мих (так его называли) парился в бане, угощался деревенской сметаной, пел под чешскую гитару, учил правильно пить кофе, варил грог с яблоками и подавал его со свечами. А еще взял энную сумму у новоприобретенных друзей, но так и не прислал редкую музыкальную аппаратуру, как обещал. Не увиделся с ними в столице, хоть и оставлял им телефоны. В одном из интервью Звездинский поведал, что старается не вспоминать о бурятской вехе своей жизни. «Когда я, будучи заместителем начальника УИН МВД РБ, встречался с ним в Москве в 1996 году, он говорил, что относится к Бурятии очень хорошо», — замечает председатель ОНК.

фото: facebook.com
Михаил Звездинский.

1 июня 2011 года детская воспитательная колония на ул. Пристанская была реорганизована в исправительную колонию №7 общего режима с лимитом наполнения около трехсот человек, где содержатся женщины, совершившие преступление впервые. Таким образом, преступивших закон подростков перевели в Ангарск, а «дам» вернули из Иркутска в Улан-Удэ. Их обучают на поваров-кондитеров, штукатуров-маляров, электросварщиков и электромонтажников. С 4 апреля 2018-го неподалеку открылся реабилитационный центр на 50 мест — 500 тыс. рублей на необходимое оборудование выделил фонд поддержки заключенных (Москва). Вот уже восьмой год вину здесь искупает экс-преподаватель ВСГИК М., которая «написала убийство» матери, сестры и шестилетней племянницы. Женщина испытывала материальные трудности и жилищно-бытовые проблемы и решила избавиться от хозяйки своего потенциального жилища, а также претендентов на него — ближайших родственниц. Она определила дату и способ убийств, попросила помочь бывшего мужа Ж. и пообещала обеспечить алиби. 2 февраля 2009 года он пришел в квартиру по улице Пушкина и нанес ее жительницам множественные удары ножом, помыл полы, разбросал вещи, инсценировав ограбление, взял 1000 рублей и «сделал ноги». Но страшное преступление было раскрыто оперативниками МВД республики. 25 июня 2010 года Верховный суд РБ признал Ж. виновным в убийстве и приговорил к пожизненному заключению, а М. — в его организации и назначил 19 лет лишения свободы.

По приказу МВД СССР в ноябре 1983 года на 4-м километре Спиртзаводской трассы появилась колония усиленного режима для строительства моторостроительного завода. Официально в 1986 году, фактически — с 1992-го она перепрофилировалась в исправительную колонию №8 строгого режима примерно на 1500 мест, куда отправляются жители Бурятии, Забайкалья и других регионов, а также выходцы из Средней Азии за впервые совершенные, но особо тяжкие преступления — убийства, серийные грабежи, террористическую деятельность, телесные повреждения, повлекшие смерть, незаконный оборот наркотических веществ. При учреждении действуют психиатрическая больница для осужденных, которые приобрели психические заболевания во время отбытия наказаний, храмы и молельные комнаты всех четырех конфессий, общеобразовательная школа, профессиональное училище по восьми специальностям   (повар, пекарь, сварщик, машинист котлов, столяр-станочник, столяр-строитель, электромонтажник, оператор швейного оборудования) и центр трудовой адаптации с несколькими направлениями (производство деревянных изделий,  промышленных товаров, строительных материалов, продукции легкой промышленности и хозяйственного обихода).

Именно в этой колонии отбывает наказание предприниматель, обладатель двух высших образований (технического и юридического) Александр Косаракин из Калуги, чья история подробно рассказана в фильме «Волк в овечьей шкуре» в телепередаче «Криминальная Россия». 28 декабря 1998 года он организовал покушение на бизнес-партнера Карпа Диденко, взорвав его автомобиль. А после заказывал убийство своих подельников, избавляясь от ненужных свидетелей. Косаракин получил 25 лет лишения свободы: 20 — в тюрьме и 5 — в колонии строгого режима. И главное, что расстраивает его в ИК-8, — это отсутствие скайпа...