Достижения сельского хозяйства Бурятии могут оказаться фейком

Обыватели все больше задаются вопросом, есть ли у нас сельское хозяйство

13.02.2019 в 06:04, просмотров: 1366

В последние дни 2018 года без объяснения причин ушел в отставку руководитель федеральной службы государственной статистики Александр Суринов, а спустя полтора месяца вслед за ним последовал его коллега из Бурятии Леонид Мунаев, проработавший на ниве статистики без малого 30 лет.

Достижения сельского хозяйства Бурятии могут оказаться фейком

Что не так в главном индикаторе страны, на цифры которого власть не просто ориентируется, а принимает согласно этим цифрам свои решения? Не беремся судить за всю отрасль, обратимся лишь к одной ее составляющей — сельскому хозяйству.

Когда все производит частник

Два года подряд Россельхознадзор, отвечающий за сырье на рынке, доказывает в самых высоких инстанциях необходимость провести идентификацию всех сельскохозяйственных животных в стране, включая и тех, что содержатся в личных подсобных хозяйствах. Речь о том, чтобы каждую буренку и овечку снабдить чипом, подобно тому, какой содержат сегодня продаваемые в магазине шубы из натурального меха. Смысл идентификации каждого подворья Россельхознадзор видит, прежде всего, в том, чтобы отследить скрытые фермы, которые с целью уклонения от уплаты налогов успешно маскируются под личные подсобные хозяйства.

В Бурятии другая проблема, потому что все наши крупные фермы давно закончились. Согласно статданным за 2017 год, в общем количестве производимой сельхозпродукции доля сельхозорганизаций составляет только 28%, крестьянско-фермерских хозяйств и индивидуальных предпринимателей — еще 6%, итого — 34%. Все остальное, то есть 66%, — это доля продукции личных подсобных хозяйств. Если верить все тем же статотчетам, в структуре основных видов продукции за 2017 г. именно личные подсобные хозяйства дали республике 56,5% всего мяса, 90,3% молока, 90% картофеля и 82% овощей. Для того, чтобы определить масштабы, в статистике используют метод «досчета».

Что такое метод досчета

— В отчетах таких ведущих аграрных регионов, как Красноярский край, Татарстан, Воронежская область, основное количество продукции производится в сельхозорганизациях, крестьянско-фермерских хозяйствах и индивидуальными предпринимателями, которые являются получателями господдержки в виде субсидий и субвенций, и потому их деятельность относительно прозрачна, — разъясняет экономист Батор Шобонов. — Продукция, произведенная гражданами на своих подворьях, учитывается так называемым методом досчета, поскольку ее невозможно взвесить, посчитать или измерить каким-то иным образом. Но если в других регионах никто не включает в отчеты произведенное на личном подворье, то в Бурятии включают, приводя эти отчеты к абсурду.

— К примеру, следуя этим отчетам за 2017 год, производство молока в Бурятии превысило 200 тыс. тонн, из которых на переработку идет всего лишь около 9 тыс. Интересно, что 90,3% молока производится якобы на личных подворьях, чьи объемы также определены методом досчета. Та же картина и по картофелю, где 90% продукции якобы выращивается на частных огородах, причем в таких количествах, что картофель провозгласили единственным продуктом, по которому мы самообеспечиваем себя на 100 процентов. К примеру, в прошлом году Бурятия якобы собрала 225 тыс. тонн, что в 2 раза превышает среднемедицинскую норму на человека. То есть мы по идее должны не только обеспечить картофелем свои потребности, но и стать крупнейшим его экспортером, а вместо этого почему-то завозим в республику по 40 тыс. тонн картофеля в год из разных регионов и стран, включая даже Монголию. Чтобы убедиться в этом, достаточно поехать на базы БКС и «Контакт» и заглянуть в разгружающиеся там фуры, — рассказывает Батор Шобонов.  

Сельское хозяйство как фейк

Если верить все тем же статотчетам, в структуре основных видов продукции за 2017 г. львиная доля принадлежит личным подсобным хозяйствам Бурятии, где сегодня якобы содержится 73% крупного рогатого скота республики и 67% лошадей. Определить, есть ли на самом деле эти стада, где те пастбища, на которых день и ночь пасется крупный и мелкий рогатый скот, без чипирования невозможно. Но что будет, если завтра чипирование сельхозживотных на самом деле введут и выяснится, что все наше сельское хозяйство Бурятии — не более чем один большой фейк?

Не зря посетивший республику в прошлом году в День работника агропрома директор департамента животноводства и племенного дела минсельхоза России Харон Амерханов, выступая на совещании по племенному делу, заметил: «Почему надой у ваших фермеров — получателей грантов — на 1 фуражную корову получился 1800 литров в год, а у личных подсобных хозяйств 2500 литров?».  

К сожалению, не вошли в праздничные сюжеты и другие высказывания высокого гостя, как и справедливые вопросы наших сельхозтружеников. К примеру, каким образом сельскохозяйственные итоги года были подведены 19 октября, аккурат к дате приезда в Бурятию делегации из минсельхоза России, когда уборка в республике еще не завершилась? Как можно было определить в качестве лидера СПК «Колхоз Искра», собравшего в прошлом году 10213 тонн зерна, и комбайнера этого хозяйства Евгения Антонова, намолотившего 1850 тонн, пусть даже они на самом деле лучшие, если закончили они свою работу только 27 октября? Говорят, в свое время, когда действительно все считалось, сравнивалось и выверялось, День работника агропромышленного комплекса в Бурятии праздновали в конце ноября, убрав урожай и пересчитав скот.

Что будет, если завтра Россия, экспортирующая все больше экологически чистой сельхозпродукции за рубеж, обратится к Бурятии с просьбой поделиться излишками того же картофеля или молока? Какой выход из этой непростой ситуации найдет нынешнее руководство республики, если на поверку выяснится, что никакого сельского хозяйства в том виде, в каком оно представляется всем, здесь нет, и при таком подходе к сельскому хозяйству долго еще не будет.