«По телу бегали тараканы»: в Улан-Удэ покончил с собой известный профессор

«МК в Бурятии» восстановил картину гибели ученого Николая Абаева

Старый двухэтажный дом на улице Павлова. В прокуренном подъезде, за серой дверью – убитая «двушка». Рваный линолеум на полу, древняя советская мебель, немытые окна, неработающая канализация, кучи тараканов. Дверь тоже убитая. Смотришь и понимаешь, что там, за ней – дно, предел, пустота. Именно за этой дверью покончил с собой 71-летний ученый Николай Абаев. Он умер в нищете и забвении.

«МК в Бурятии» восстановил картину гибели ученого Николая Абаева
Николай Абаев был выдающимся ученым. Фото - Википедия.

- Да мы даже не догадывались, что это такой известный человек! – сказала мне Светлана, соседка (уже бывшая) Николая Вячеславовича. – Если бы знали, что он в нищете живет, то подкармливали бы. Тарелку супа или бутерброд какой разве не дали бы! В той квартире раньше другой дедушка жил. Так он стучался иногда: «Покормите чем-нибудь!». Конечно, мы кормили.

Последние пять дней - тишина

Николай Абаев – доктор исторических наук, почетный профессор Бурятского госуниверситета, штатный профессор кафедры философии Тувинского госуниверситета, известный востоковед, буддолог, китаевед, исследователь чань-буддизма и тенгрианства. 7 октября ему исполнился 71 год. Список регалий – огромный. Но в конце жизни – оглушающее безденежье, болезни, суды и прочие сложности. О тяжелом положении Абаева стало известно еще в апреле. Он скитался по съемным квартирам, тяжело болел, голодал, похудел на 15 килограммов. Красноярские коллеги ученого даже объявили сбор средств. В результате ситуация так и не выправилась. Абаев покончил с собой.

Датой смерти пока называют 14 октября, когда обнаружили тело. Но, скорее всего, все случилось несколькими днями раньше. Соседи рассказывают, что профессор хоть и не покидал квартиру, но ночью ходил, полы скрипели, его было слышно.

За этой дверью - квартира, в которой Абаев прожил последние недели. Фото - Карина Пронина

- А последние дней пять – тишина, - говорит еще один его сосед Алексей. – Мы уж думали, что он куда-то съехал. Может, родственники забрали. А потом пришла девушка одна его проведать. Сначала стучала. И к нам пришла. «Я, - говорит, - медсестра по образованию, там такой явный запах идет. Вызывайте срочно хозяев квартиры, надо двери вскрывать».

Те, кто видел профессора после смерти, вспоминают, что зрелище было ужасным. По телу бегали тараканы, сам ученый распух и посинел.

- Мы никогда бы не подумали, что он ученый, - говорит Светлана. – Дедушка такой обросший был, пока здесь жил. Осунувшийся, изможденный прямо.

Еще одна жительница этого подъезда Нина Перцева не знала, что произошло. После моего рассказа она расстроено пожала плечами: «Ну, а кому из пожилых сейчас легко! Вот мне 77 лет. Я раньше к министрам могла зайти, со всеми - на равных. А сейчас одну проблему надо было решить. Так меня никуда к чиновникам и не пустили-то. Нам, пенсионерам, очень тяжко».

Соседка ученого Нина Перцева: " --

Это испытание на прочность вашей республики

- Это испытание на прочность всей вашей республики, - горько говорит саратовский публицист и редактор Илья Мукашов. - Ненормально, что человек при таких званиях и таком авторитете закончил свою жизнь вот так. Я с ходу не могу припомнить похожих случаев в других российских регионах. Николая Вячеславовича мне жалко. Он прожил в такой атмосфере много лет.

Мукашов несколько последних месяцев провел в Улан-Удэ и тесно общался с Абаевым. Илья прилетел в столицу Бурятии в конце июля по личным делам, но очень хотел лично познакомиться с выдающимся ученым. Познакомился, стал общаться, увидел, в каких условиях тот живет. Решил помочь.

Илья Мукашов и Николай Абаев в квартире на Бульваре Карла Маркса. Фото из архива И. Мукашова

- Тогда Николай Вячеславович снимал квартиру на бульваре Карла Маркса. Уже тогда за аренду были долги, и в скором времени его выселили. Я объявил небольшой сбор, мы собрали небольшую сумму и сняли жилье в 110-м квартале. Я поселился вместе с профессором.

В «сотых» тоже все не задалось. В середине сентября оттуда тоже пришлось срочно уехать. Дальше Мукашов и Абаев несколько дней провели в гостинице «Крона» в 105 квартале. Снимали номер-хостел за 500 рублей в сутки с человека. Номер рассчитан на четверых, но Илье и Николаю Вячеславовичу повезло – больше никого не было. И наконец – появился вариант на Павлова, в двухэтажном доме 60-х годов.

В доме на улице Павлова закончилась жизнь Николая Вячеславовича. Фото - Карина Пронина.

- Квартира оставляла желать лучшего, - говорит Илья. – Но других возможностей просто не было.

Мукашов прожил в этой разбитой «двушке» пару недель и засобирался домой, в Саратов. За Абаевым должны были присматривать несколько его знакомых. Но «знакомые» не присмотрели.

Его погубило равнодушие людей

Вообще вокруг профессора «знакомых» терлось много. Многие из них были личностями, не вызывающими особого доверия. Шаманы, эксцентричные общественники и даже «сотрудники спецслужб». Почему они вились вокруг Абаева, не очень понятно – у профессора не было своего жилья, а все его доходы – пенсия и небольшая зарплата – уходили на покрытие огромного кредита. Сотрудники Бурятского госуниверситета, где Абаев числился почетным профессором, еще летом предложили ему переехать в благоустроенное общежитие в центре города. Он отказался. Почему – опять же непонятно.

- Наши сотрудники постоянно приносили Николаю Вячеславовичу продуктовые наборы, - сообщили «МК в Бурятии» в пресс-службе университета. – Вокруг него крутились странные люди. Поэтому мы и отказались помогать ему деньгами. А обеспечивали именно продуктами.

Абаев рассматривал возможность уехать из Улан-Удэ в родной Кызыл, но боялся тяжелого перелета. И с Бурятией он был все-таки очень тесно связан. Это подтвердила и заведующая кафедрой философии Тувинского государственного университета Венера Донгак.

Заведующая кафедрой философии Венера Донгак звала профессора Абаева в Кызыл. Фото - личная страница.

- Я пришла работать на эту кафедру 1 сентября 2019 года, поэтому лично с Абаевым не общалась, - рассказала «МК в Бурятии» Венера Седип-ооловна. - Естественно я знала его как учёного, профессора, знакома с его трудами. Весной в июне до нас дошла информация, что он серьезно болен и бедствует. Мы, преподаватели исторического факультета собрали около 20 тысяч рублей и ему отправили. Николай Вячеславович имеет служебную квартиру в Кызыле от Тувинского государственного университета. Почему-то он был очень привязан к Улан-Удэ. Может быть, из-за того, что могилы сыновей там. Мы звали его, надеясь, что он возвратится, никогда его не увольняли. Он является действующим штатным профессором кафедры философии ТувГУ. Ставка у него маленькая, но он получал каждый месяц заработную плату. Также у него пенсия была. Где-то писали, что его карты были заблокированы. Почему прямо до такой степени нищеты, как говорят, дошло, я не понимаю. Неужели некому было заняться его картами? В Улан-Удэ у него знакомых учёных, преподавателей, аспирантов, наверняка, было много. А соседи? Неужели не видели его бедственного положения? Во время карантина у нас в Туве много волонтеров работало с пожилыми людьми. Неужели этого нет в Улан-Удэ? Куда смотрели социальные службы? Просто равнодушие людей погубило его. Очень жаль. Да, кому-то надо было ехать и привезти его сюда, в Кызыл. Но видите, наступил карантин, кто-то сам болел, у кого-то родственники. В общем, что говорить-то сейчас.

Без комментариев. Человек умер

Трагическую ситуацию с Николаем Абаевым могла бы прояснить его бывшая супруга Любовь Лубсановна. Но она никому не отвечает на телефонные звонки и ничего не комментирует. По информации красноярских ученых, собиравших деньги для ученого, именно Любовь Лубсановна попросила остановить информационную волну по сбору средств помощи профессору Абаеву. Это было в середине июня.

- Она сообщила, что на данный момент контролирует состояние профессора и понимает, какие действия необходимо предпринимать для стабилизации его состояния здоровья, - рассказали в группе ВКонтакте, которая была посвящена Абаеву. - Мы расцениваем такую просьбу к нам как то, что Любовь Лубсановна взяла на себя ответственность по содержанию и уходу за Н.В. Абаевым. Как нам передала Любовь Лубсановна, на данный момент она предпринимает меры по организации оказания квалифицированной медицинской помощи профессору Абаеву, осуществляет поддержку его процессов жизнедеятельности.

От комментариев отказался также Баир Цырендоржиев из шаманского общества «Тэнгэри». По информации Ильи Мукашова, «Тэнгэри» в этом году подало в суд на Абаева после того, как профессор критически отозвался о деятельности общества в «Независимой газете». Ученый проиграл суд и переживал по этому поводу.

- Я не буду давать никаких комментариев, - заявил «МК в Бурятии» Баир Цырендоржиев. – Человек умер…

P. S.

Искать виновных в смерти профессора Абаева – неблагодарное и ненужное дело. Стоит признать, что все мы не уследили, не обратили внимания, прослушали. Но главный тут вопрос не «Кто виноват?», а «Что делать дальше?». А не быть равнодушными – вот и все. Жить с широко распахнутым сердцем. И не позволять, чтобы кто-то или что-то это сердце закрывало.   

Похороны профессора Николая Вячеславовича Абаева назначены на 19 октября.