Жители Бурятии рассказали о значимых женщинах в своей жизни

Александр Махачкеев: «Мамы давно нет, но она приходит во снах»

Международный женский день отмечается более 100 лет. Но если в начале 20 века он был гимном представительницам прекрасного пола, борющимся за равные права с мужчинами, то с годами утратил социально-политическую направленность.

Александр Махачкеев: «Мамы давно нет, но она приходит во снах»

И к концу века стал праздничным днем в календаре, когда женщинам делают комплименты, дарят подарки, говорят слова признания. В честь 8 Марта наши земляки и землячки рассказали о прекрасных дамах, которые сыграли в их жизни ключевую роль.

Евгений Хорошунов, руководитель переписного пункта:

— Значимых женщин в моей жизни две — мама и бабушка. Мама — потому что дала жизнь и воспитала меня. Бабушка — Клавдия Гавриловна — тоже участвовала в воспитании, приучила к доброте и помощи.  Родом она была из села Хасурта Хоринского района Бурятии, последним ребенком в большой семье — отхончиком. Каждые летние каникулы в школьные годы я приезжал к бабе. К моему приезду в местном магазине она покупала всякие сладости. В избе стоял большой деревянный шифоньер, ключи от которого хранились в укромном месте. И вот мы садимся за кухонный стол, и бабушка говорит: «Женя, иди, открой шифоньер и принеси конфеты». Они лежали в пластмассовой емкости, как помню сейчас, синего цвета. Баба раздавала по конфетке всем сидящим за столом. В силу своего возраста я не понимал этого, пока она не объяснила: «Моя мама старалась угодить каждому ребенку и не обделить никого, делила между нами пряник, сайку». Вот такое воспоминание из детства, урок о том, что нужно уметь делиться.

Оксана Бухольцева, депутат Народного Хурала Республики Бурятия:

— Алла Васильевна Толмачева, учитель начальных классов. Это не первая моя учительница, и в первый класс, к сожалению, я пришла не к ней. Но именно она стала для меня путеводной звездой по жизни. Именно ее труд со мной, почти педагогически запущенным ребенком, ее личное время, потраченное на Оксану Коношонкину, «сделали из меня человека». Ведь она, пусть и недолго, занималась со мной даже дома, где бегала ее дочь и стояло пианино. Иногда кажется: а вдруг я придумала все это? Может, мне хотелось, чтобы эта красивая, ухоженная учительница в модном парике была только моя? Недостающие знания были систематизированы и «устаканены» в моей буйной голове, стриженной под мальчишку, в течение второй четверти… А потом — звездочки, прием в пионеры и долгие обсуждения, достойна ли я вступить в рядах первых — мол, не старается, пишет неряшливо. И говорят тебе, третьекласснице, как взрослому человеку, который должен отвечать за свои поступки и тетрадки тоже. Боже, как я хотела быть Аллой Васильевной. И моя мечта сбылась — я стала учителем. Когда училась в школе, нам было все равно, какие регалии у твоей учительницы, главное, чтобы она была честной, справедливой и любила нас. А теперь-то я знаю, что Алла Толмачева — отличник просвещения РСФСР, заслуженный учитель Республики Бурятия. Очень жаль, что слова благодарности о роли человека в твоей жизни я не успела сказать ей лично.

Яна Перевалова, начальник рекламного отдела Русского драмтеатра:

— Однажды мы с мамой вышли из маршрутки на остановку раньше — так уж сложились обстоятельства. Зашли за картошкой в магазин, в который не ходим обычно. А когда вышли оттуда и переходили дорогу по пути к дому, увидели под фонарем в грязи после прошедшего дождя коробку и почти прошли мимо. Но мама вернулась и заглянула в нее. На промокшем дне обнаружился котенок, по виду — недельный. Мы переглянулись, и мама сказала: «Дышит». Я кивнула. Она говорит: «Нам не нужен третий кот». Я говорю: «Не нужен». А она: «Помрет ведь». Берет котейку на руки и поднимает, а он весь черный, и на груди белая такая метка, как у Бэтмена — летучая мышь. Я говорю: «Бэтмен какой... Но третий кот — это лишнее». «Отдадим, — говорит. — Подрастим, стерилизуем и отдадим». Месяц по очереди вставали ночью, кормили пищащий комок, оказавшийся Бэтти, лечили от панкреатита, а через полгода нашли хозяев... Но старшие коты не отдали. Поднялись оба на задние лапы, передние закинули на колени женщине, которая пришла за Бэтти, и орали, как дураки. Так что до сих пор она — любимая младшая мамина кошка. Картошку, кстати, в тот раз так и не купили — забыли, зачем зашли в магазин.

Иван Худяков, директор группы компаний «Салют Орто»:

— В одной из поездок по стране президент США с супругой остановились у маленькой бензоколонки. Первая леди увидела хозяина автозаправочной станции и рассказала, что училась вместе с ним не то в колледже, не то в школе. «Если бы ты вышла замуж за него, то была женой начальника заправки», — подтрунил президент. А жена возразила: «Нет, в таком случае президентом США был бы он, а не ты». Вспоминая эту историю, хочу поблагодарить свою жену за то, кем стал я, за вдохновение и уверенность, которые подарила она, за семью и детей, прекрасный рабочий и жизненный настрой и удивительный баланс между ними.

Анна Банаева, поэт, прозаик, переводчик:

— Мама моя родилась в 1930 году. Не было и трех лет, когда осталась сиротой. Сиротское детство в сороковые, наверное, наложило отпечаток на ее характер. Поступила учиться в сельскохозяйственный институт, но окончила его. Ушла после занятий, где вспороли брюшко лягушке, а следом ушла и ее подружка. Обе выучились на бухгалтеров. Мама отлично умела шить, вязать, готовить. Очень любила читать, дома у нас всегда было много книг. Выписывала все детские журналы, какие издавались тогда — «Костер», «Пионер», «Мурзилка», «Веселые, картинки».  Вот откуда у меня, видимо, любовь к хорошим книгам. Очень не хватает ее...  Пользуясь случаем, хочу поздравить старшую сестру Зою Ентаеву, тоже супермать и супербабушку, и подругу Соелму Сосорову, похожую характером на мою маму — такую же волевую, надежную, порядочную и прагматичную.

Александр Махачкеев, журналист, писатель:

— Женщины не обязательно запоминаются одним поступком или историей. Они и без этого наполняют своим тотальным присутствием жизнь мужчин. Самую значимую роль в моей жизни играли и играют мама, жена и дочь. Мамы давно нет в живых, но она приходит во снах, и я всегда чувствую ее. Мамы никогда не покидают нас, пока мы живы. Жена — родной человек, с которым проходишь самые трудные и самые счастливые моменты, как говорится, и в радости, и в горе. А к дочерям у пап всегда особое отношение, не такое, как к сыновьям. Как забыть такое: малышка бежит встречать тебя с работы с тапочками наготове, обнимает за ноги или лежит после ванной, вся розовенькая, укутанная в полотенце, и улыбается, наполняя жизнь радостью и счастьем.

Сарюна Эрдынеева, ответственный секретарь газеты «Буряад үнэн»:

— «У женщины волосы длинные, а ум — короткий». Так говорят буряты. И эту старинную поговорку придумали мужчины. Почему? Потому что женщины намного превосходили их в гибкости ума, настойчивости и скрупулезности. Согласитесь, за каждым мужчиной стоит женщина. Появляются они на свет благодаря матери, кружась возле ее подола, растут, потом за ними стоят жены... Такова жизнь. В моей жизни самые главные женщины — эжы (бабушка) и мама. Они, можно сказать, что «слепили» меня. Помню, одна шаманка в Монголии сказала, что я родилась быть маминой помощницей, якобы предназначение такое. Возможно, что она была права. Хотя мама больше мне помощница. Она филолог — учительница бурятского языка. С детства привила мне любовь к слову. Когда была маленькая, заставляла учить стихотворения и выразительно читать их. Когда читала их со сцены на школьных мероприятиях, строго смотрела, чтоб держалась подобающе. У мамы очень богатый бурятский лексикон — из устной народной речи. И пишет она намного лучше, чем я. Как понимаю сейчас, переняла такой богатый язык от своих бабушки и дедушки. Она — внучка казака. А казаки жили богато в свое время. Недаром первый бурятский ученый Доржи Банзаров — сын казака. Мама у меня Джидинская, горячая сартулка. А бабушка — Тугнуйская, настоящая хори бурятка, причем из кулацкого рода. И по темпераменту они разные. Мама требует, а эжы — балует. Кнут и пряник я получала от них с детства. И до сих пор — так же.

Игорь Марковец, депутат Народного Хурала РБ:

— Мама — самая любимая и дорогая женщина, хоть и спорили порой сильно. Одна история, связанная с ней, случилась в ранней юности и вспомнилась сейчас. У нас была рабоче-крестьянская семья, трое детей — я и старшие брат с сестрой, богатств и запасов не было. Как и большинство людей жили от зарплаты до зарплаты. Однажды мы, ребятишки, играли — бегали из квартиры в квартиру по всему подъезду. Захотели покушать и прибежали к нам домой. И хотя в стране царил дефицит, мама достала самое вкусное, что было, без остатка, накрыла на стол, и мы дружно съели все. Когда друзья ушли, я спросил: «Никаких вкусняшек не осталось, как так-то?». И она ответила то, что запомнилось на всю жизнь: «Когда в доме друзья, ставь на стол самое лучшее, сыночка!». И это искреннее внимание и забота о чужих людях, как о своих родных, осталось в памяти навсегда.

Наталья Штэпа, замруководителя региональной общественной приемной председателя партии «Единая Россия» в РБ:

— Вся такая мягкая, уютная. Полноватая, с круглым носом «картошкой». Очки, старенькая кофточка, традиционная шишечка из седых волос. Бабушка Клавдия Елизаровна и по сей день остается для меня одной из главных женщин в жизни. Она никогда не любила себя. Так прямо ​и говорила об этом. И любила всех остальных. Жалела. Все — для других, все — сама, медленно, потихоньку, но — верно. ​ Ничего никому делать не давала! Я жила у бабушки с дедушкой пять лет, во время учебы в институте. Лучшие ​ грибные супы, самые вкусные пирожки, а какие каши! Все это было в моей жизни тогда, в голодные девяностые. Я была сытой, счастливой и весьма упитанной. И становилось жутко стыдно всякий раз, когда просыпалась рано утром, а ​ свежий горячий завтрак меня ждал на столе пятиметровой хрущевской кухоньки. ​ Но для бабушки встать в 05.00 было делом привычным, житейским. ​ Даже если давление 220 и жуткая боль в ногах. ​ Радовать​ родных людей ​ было смыслом всей ей жизни... Бабушка очень любила иркутский майонез ​в маленьких стеклянных баночках — дефицит нереальный по тем временам! ​ Помню, как она была счастлива, когда однажды со стипендии мне удалось урвать это сокровище. Бабуля ​ не раз вспоминала, какой роскошный подарок сделала ей любимая внучка...Редкий был человек. ​ Светлый. Всегда буду любить ее.

Алдар Даржапов, учитель географии и ОБЖ:

— Мама — Алла Жамбаловна Даржапова — дала мне жизнь и направляла на результат. Одно из ее качеств, помимо любви и заботы, — учить жить и работать, переживать трудности, ставить задачу и выполнять их... Благодаря ее усилиям я состоялся как личность. Бабушка, Надежда Хамхаловна Даржапова, — привила традиции родного народа. Возле нее я изучал музыку, культуру, научился вере в Бога. Правда, не очень прилежно изучал родной язык.., но объясниться на нем могу и сказанное понимаю. Вспоминаются лихие девяностые, когда не платили зарплату и не давали пенсии... На что жили? На стипендию университета. Случались моменты, когда хотелось бросить работу в школе... Но бабушка говорила, что лечить и учить нужно всегда. Так и не поменял свою профессию. Первая учительница Зоя Алексеевна Казакова стала для меня примером становления как учителя. В первые годы трудовой жизни при встречах с Зоей Алексеевной делился впечатлениями о работе, много советов дала мне она — как общаться с детьми, работать с родителями.

Татьяна Думнова, член Общественной палаты:

— Мне всегда помогали советы мамы — Елены Еремеевны и свекрови — Марии Терентьевны, которые успешно провели меня по всем курсам домашней академии и психологии семейных отношений. Правду люди говорят, что «мама может заменить кого угодно, но маму не заменит никто и никогда». Только тогда, когда я сама стала матерью, по-настоящему поняла, насколько сильно можно любить! Насколько сильно может окрылять такая любовь и в то же время   — ранить, когда твое чадо не понимает тебя и обижает словами, зачастую само того не понимая. Бабушки, Евдокия Софоновна Мартынова и Василиса Михайловна Гороховская, стали для меня добрыми феями, научили азам жизненной мудрости, стойкости и преодоления невзгод. Ведь сами умели воспринимать все происходящее в своей жизни трезво и анализировать холодным рассудком. И, конечно же, могли предвидеть последствия моих неразумных шагов, от которых пытались предостеречь. «Тебе будет больно, порой даже очень, — говорили они. — Но это научит подниматься тогда, когда нет сил». В моей памяти остались лучшие воспоминания о запахе деревенского хлеба, парного молока, домашнего уюта и тысячи жизненных историй, которыми делились мои бабушки. Только сейчас, когда я получила от жизни эту роль, поняла, какое чудо видеть свое продолжение во внучатах.

Наталья Стефани, экскурсовод

На своем пути каждый из нас встречает множество разных людей. Но особенно ценны те, кто меняет нашу жизнь. Для меня таким человеком стала Жанна Ильина, которая в 2013 году пригласила на работу в Национальную библиотеку. Как ей за два дня «Книжного салона»  удалось разглядеть во мне что-то дельное, не знаю. Но её выбор, круто изменил мою жизнь. Три года с Национальной библиотекой были самыми яркими и, наверное, теперь уже неповторимыми в моей жизни. Кем я была в Улан-Удэ до Национальной библиотеки? Да, по сути, никем. Я вернулась в родной город годом раньше. 18 лет на севере Бурятии сделали своё дело. Всё мои достижения остались в Северо-Байкальском районе, а здесь...журналистское сообщество не приняло, Русский драматический театр не оценил. И тут, на моё счастье, случился XXVII Книжный салон. По сути, Жанна Борисовна взяла меня из сочувствия, в тот момент мы жили на стипендию сына Филиппа, а моей пенсии по инвалидности не хватало даже на то, чтобы оплатить съёмную квартиру. Работы не было,  долги копились. Ни она, ни, тем более, я не могли даже подумать, что в 2016 году мои коллеги-журналисты будут называть меня, кто лицом, кто мотором, а кто - и директором Национальной библиотеки. Ведь в первый день я шла на работу и тряслась, как осиновый лист, мало представляя, что буду там делать. Более того, первую неделю просто плакала, не все с восторгом восприняли мой приход: кто-то увидел претендента на место, кто-то шептался, что я протеже министра. И именно тогда Жанна Борисовна предоставила мне карт-бланш. Она поддерживала все, даже самые невероятные, мои проекты, предоставив полную свободу и,  главное, не боясь, что я ее собой заслоню. Прочитав о моём новом «назначении», только посмеялась: «Хорошо, что не министр, Наташа». Конечно, мы с ней ссорились и даже ругались. Я - человек непростой, берегов вообще не знаю, не каждый руководитель это вынесет. Жанна Борисовна выносила, она была мудрым руководителем и умела отличать зёрна от плевел. Она прощала мне и излишнюю эмоциональность, и отсутствие элементарного представления о какой-либо субординации. Если я была с чем-то не согласна, меня не могло остановить даже присутствие министра, а уж заместителя министра тем более. И каждый раз Жанна Борисовна относилась к моей экспрессии снисходительно, успокаивая всех. Однажды она сказала: «Мы тебя любим, Наташа». Хотя в тот момент я совсем не заслуживала любви. Вообще таких людей очень мало, а уж среди руководителей по пальцам можно пересчитать. Это особенные люди, свободные от тщеславия, они не лезут сами на авансцену, они из своих сотрудников звёзд ростят. Сегодня, когда я вижу, как генеральные директора московских музеев сами водят экскурсии для «особых» гостей, отодвинув на задний план экскурсоводов и методистов, я понимаю, как мне повезло - фундаментом всех моих проектов в Национальной библиотеке и всех тех сравнений, которые использовали журналисты, упоминая меня, было доверие и уважение Жанны Борисовны мне как специалисту.

 

Что еще почитать

В регионах

Новости региона

Все новости

Новости

Самое читаемое

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру