Среди них наиболее известны биографии М. Амагаева, М. Ербанова, М. Сахьяновой и В. Трубачеева. Им установлены памятники, их именами названы улицы и учебные заведения. Однако это далеко не полный перечень руководителей Бурят-Монголии, создававших ее экономику в самые трудные предвоенные и послевоенные годы. О них должна знать современная молодежь.
К сожалению, реформа современного образования сегодня заточена только на сдачу ЕГЭ и поступление на профильные специальности в вузы, в перечне которых зачастую нет истории и географии — основ краеведения. В итоге только подъем флага и пение гимна не обеспечивают необходимый уровень патриотического воспитания школьников. Большинство выпускников покидает малую родину, а вслед за ними уезжают и их родители. Как результат — пустеют деревни и закрываются сельские школы.
Миграционный поток особенно возрос после ликвидации самостоятельности округа в 2007 году и его вхождения в состав Иркутской области с особым статусом, который до сих пор не имеет юридического наполнения. Между тем в 2027 году округ будет отмечать свое 90-летие, а текущий год объявлен Годом единства народов России.
Эти факторы определяют необходимость усиления патриотической работы. Среди многих направлений целесообразно восстановить память о забытых государственных деятелях — наших земляках, имеющих отношение к истории округа. В прошлом году как-то незаметно прошло 130 лет со дня рождения первого руководителя Бурят-Монголии В. Трубачеева. В этом году подобный юбилей у М. Сахьяновой, сменившей М. Ербанова на посту в руководстве Бурят-Монголии и ставшей первой женщиной на такой высокой государственной должности.
В 2026 году исполнилось 135 лет Кузьме Сергеевичу Ильину. Он сменил М. Ербанова в 1927 году на посту председателя ЦИК Бурят-Монгольской АССР и работал в руководстве республики до 1929 года. Родился К. С. Ильин в улусе Кондой Аларского аймака, окончил 4 класса духовной семинарии. В 1918 году вступил в ряды партии, а в 1921 году представлял Бурят-Монголию при Наркомнаце. В 1923 году ему в должности наркома финансов было поручено объединение финансовых органов бурятских автономий с Дальневосточной республикой. Впоследствии работал в разных регионах, был советником Министерства народного хозяйства Монголии, начальником отдела рабочего снабжения на Сталинградском тракторном заводе. В 1931 году его исключили из партии, однако он оставался востребован как специалист. В 1937 году его вновь репрессировали.
В этом году исполняется 125 лет Дажупу Дансарановичу Доржиеву, уроженцу улуса Бурков Аларского аймака. Он возглавлял правительство республики с 1929 по 1937 год — до времени тех же сталинских репрессий. Сын крестьянина, Доржиев возглавлял хошунные и аймачные ревкомы в Алари, Еравне, Хоринске, Кижинге, работал наркомом земледелия Бурят-Монгольской АССР. В апреле 1929 года в возрасте 28 лет был назначен председателем Совета народных комиссаров республики и проработал в этой должности до 1937 года. За эти годы десять созывов подряд избирался членом Бурят-Монгольского обкома ВКП(б). На 5-м, 6-м и 7-м Всесоюзных съездах Советов избирался членом ЦИК СССР, а в 1936 году был награжден орденом Ленина.
За этими парадными событиями стояла огромная работа по подъему экономики республики в годы первых пятилеток. Вспомним, что именно в это время на городских пустырях строились цеха Улан-Удэнского авиационного и паровозовагоноремонтного заводов, начали работать мясоконсервный комбинат и Джидинский вольфрамомолибденовый комбинат.
Можно лишь поражаться воле и предвидению руководства страны, которое задолго до наступающей войны с Германией начало в далеком тылу создавать оборонный потенциал, в том числе в Бурятии, где не было сложившегося рабочего класса, а местное население еще плохо говорило на русском языке. И вся эта работа легла на плечи исполнительной власти в лице Совнаркома республики. Эти промышленные гиганты Бурятии, награжденные высшими наградами Родины, и сегодня составляют основу современной экономики республики.
Идет 1934 год, и глава правительства озабочен планами развития республики. Доржиев интуитивно понимает необходимость разработки научной стратегии экономического развития региона. При отсутствии такой возможности на месте принимает решение направить все правительство в Ленинград, где в то время находился Президиум Академии наук СССР. После необходимых консультаций там прошла Первая конференция по изучению производительных сил Бурят-Монгольской АССР, в которой самое активное участие приняли ведущие ученые страны.
По итогам конференции была издана резолюция на 55 страницах, в которой изложены конкретные рекомендации по развитию минерально-сырьевой базы, водного хозяйства, решению транспортных проблем, реконструкции рыбной промышленности, сельского, лесного и пушного хозяйства республики, национально-культурному строительству, развитию здравоохранения, социалистической реконструкции города Улан-Удэ. По своей конкретике и детальности в ряду других планов развития республики этот документ не имеет аналогов ни до, ни после за весь советский период. И только репрессии 1937 года, когда было обезглавлено все руководство республики, и наступившая война помешали реализации этих планов.
В будущем году исполняется 115 лет другому нашему земляку — С. М. Иванову, уроженцу села Ей Нукутского района. В 1937 году, в возрасте 25 лет, он назначается председателем Совета народных комиссаров Бурят-Монгольской АССР вместо репрессированного земляка Д. Д. Доржиева. Должность ему предложил прибывший из центра новый первый секретарь Бурят-Монгольского обкома ВКП(б) С. Д. Игнатьев, заменивший М. Ербанова.
Этому человеку Бурятия обязана многим и прежде всего восстановлением кадрового состава из числа местного населения. В условиях жесткого контроля центра он находит возможность не только найти замену бывшим руководителям, но и заниматься культурным строительством, развивать бурятский язык и фольклор. Он выдвигает на руководящие должности А. Хахалова, И. Борсоева, Г. Цыденову, А. Модогоева, Б. Санжиева, которые затем подверглись репрессиям со стороны сменившего его нового руководителя республики В. Кудрявцева, разительно отличавшегося от С. Игнатьева негативным отношением к бурятскому народу.
После событий 1937 года не все соглашались на высокие должности, боясь обвинений в панмонголизме. В здании обкома пустовали кабинеты, но, несмотря на это, С. М. Иванов начал новую работу. На этом посту он проработал 14 лет — до 1951 года. На этот период приходятся довоенные годы индустриализации, помощь фронту, размещение фронтовых госпиталей, переход экономики с военных рельсов на гражданское строительство. В 1940 году с успехом прошла Первая декада бурятского искусства в Москве, а Музыкальный театр был награжден орденом Ленина. В 1941 году он возглавил правительственную комиссию по подготовке 600-летия народного эпоса «Гэсэр». Началось строительство нового здания театра оперы и балета. За трудовые достижения С. М. Иванов удостоен орденов Ленина, Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», избирался депутатом Верховного Совета СССР I, II и III созывов. Его не стало в 1964 году, и он, как и его старший друг и коллега С. Д. Игнатьев, покоится на Новодевичьем кладбище, в ряду самых достойных граждан нашей страны.
В 2026 году 1 октября мы должны отметить 120 лет еще одного нашего выдающегося земляка — К. Д. Винтовкина, также председателя Совета Министров БМ АССР. Он уроженец Нельхайской волости Аларского аймака и многие годы работал в финансовых органах Аларского аймака и города Улан-Удэ. С 1932 по 1937 год учился в Ленинградском финансово-экономическом институте и был одним из немногих в руководстве республики, имевших профильное высшее образование. В феврале 1943 года, в самые трудные военные годы, в условиях массового дефицита всего, он одним из последних решений первого секретаря обкома КПСС С. Д. Игнатьева назначается наркомом финансов БМ АССР.
В этом ряду богатырей земли Приангарья есть еще один наш земляк — К. Л. Барьядаев, работавший в должности председателя Совета Министров Бурятской АССР уже в новое время, с 1962 по 1967 год. Он уроженец улуса Бильчир Нукутского района. Многие годы работал в системе потребкооперации. Затем назначался председателем Тункинского, Байкало-Кударинского, Мухоршибирского аймачных Советов, председателем правления Буркоопсоюза. С должности управляющего делами Совета Министров Бурят-Монгольской АССР в 1950 году поступил на учебу в Бурят-Монгольский зооветеринарный институт.
После его окончания он был направлен на работу председателем колхоза имени Д. Банзарова в Джидинский район. В 1957 году избран первым секретарем Джидинского райкома КПСС. В 1961 году назначен директором республиканского треста совхозов. В июне 1962 года он уже председатель Совета Министров Бурятской АССР и работает до 1967 года. По отзывам современников, К. Л. Барьядаев отличался особыми качествами руководителя и вполне мог возглавить руководство республики.
В нашу задачу не входит детальное описание биографий этих личностей и их заслуг. Важно отметить, что есть определенная закономерность в том, что маленькая земля Приангарья в составе Аларского и Нукутского аймаков стала родиной пяти руководителей правительства Бурят-Монголии и Бурятской АССР, которые работали на таком ответственном посту в самые трудные годы ее истории. Как правило, в плановой экономике недавнего прошлого партийные органы осуществляли организационную работу, тогда как вся тяжесть повседневной основной работы лежала на плечах исполнительных структур власти.
При этом у каждого из них была своя нелегкая судьба крестьянских детей, не всегда имевших высшее образование. Только труд и стремление к достижению высоких целей помогали им на этом пути. И, может быть, новое поколение моих земляков сможет, «не страшась усталости, карабкаться по каменистым тропам жизни и достичь таких же сияющих вершин». Эти биографии свидетельствуют о том, что ничего невозможного в этом нет.
Такая история говорит и о том, что в то время особое внимание уделялось воспитанию кадров высшего звена из числа коренного населения. Даже в условиях сталинских репрессий и борьбы с панмонголизмом руководство органами власти республики доверялось представителям бурятского народа. При этом не было деления на восточное и западное происхождения, которое и сегодня в неявном виде проявляется в традициях подбора кадров. Главным условием были профессионализм в работе и патриотизм. И, судя по темпам и результатам развития экономики республики в советский период, все эти люди оправдали доверие, служа на самых высоких постах.
Именно в те годы создавались новые промышленные предприятия, росла экономическая мощь республики, был достигнут пик ее культурного и социального развития. Однако после ухода старой власти и с началом горбачевской перестройки Бурятия, как и вся страна, погрузилась в новые, в том числе и кадровые реформы. В центре вновь возродилось недоверие к национальным кадрам, извне были направлены новые руководители республики, не представляющие ее специфики. А местные лидеры командированы в другие регионы страны и даже за рубеж. И только в короткий период развала КПСС и реальной демократии Бурятию вновь возглавили местные кадры, которые уже не могли остановить разрушение экономики, созданной их предшественниками.
Судя по современной кадровой политике, Москва опять не очень доверяет местным кадрам и считает более эффективным поручать руководство многими сибирскими и дальневосточными регионами своим представителям из центра. Об этом точно и образно выразился один амурский журналист, который привел свой маркер миграции населения: из всех советских и постсоветских руководителей региона, а их на его памяти было уже 11 человек, только один навечно лег в родную землю. Остальные покинули ее. Уехали и их дети. Верхушка власти уезжает из периферии при первой возможности — люди все видят и все понимают, повторяя такую традицию.
Время от времени постановлениями правительства принимаются Стратегии развития сибирских и дальневосточных регионов. Однако эти документы, созданные московскими чиновниками, которые не очень представляют, где находится Забайкалье, «страшно далеки» от реальности. И появился новый экономический закон: «Чем дальше регион от Москвы, тем быстрее сокращается его население».
Многие классики утверждают, что история общества всегда повторяется. Возможно, это так. Вместе с тем следует помнить, что еще В. Ключевский говорил: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков». Вслед ему можно вспомнить слова Т. Рузвельта: «Не бойтесь ошибаться. Бойтесь повторить ошибки». Печально, что наши руководители не знакомы с такими выводами. Во многом это объясняется тем, что сегодня во власти не так много профессионалов.
Поэтому так важно помнить о прошлом и его уроках, о тех, кто в несопоставимо более трудных условиях создавал экономику самой восточной национальной автономии бурят-монголов на границе с буддийским миром Азии. И в конечном итоге мы, новое поколение ее жителей, ответственны за сохранение традиций прошлого и за новое будущее — уже для наших детей.
Для начала необходимо хотя бы достойно провести юбилеи этих людей, воплотив их имена в «пароходы, в строчки и другие долгие дела». И это самое простое, что должны сделать мы, потомки. Намного сложнее создать систему патриотического воспитания, где есть учебники с описанием их заслуг, именные улицы и школы, в которых они учились. Родина должна знать своих героев — на этих примерах заниматься реальным патриотическим воспитанием и гордиться ими. Тогда у нашей страны будет достойное будущее.
