Поголовье овец сокращалось, фермерские хозяйства переключались на мясо — в первую очередь на КРС, а шерсть, даже если ее удавалось настричь, так и оставалась без спроса.
Сегодня ситуация меняется. В республике постепенно возрождается овцеводство, благодаря в том числе и проекту Хамбо ламы «социальная отара», а вот рынок сбыта еще только развивается. И предприниматели, которые превращают шерсть в уникальные и востребованные товары, как раз и создают тот самый рынок сбыта, которого не хватало возрождающемуся овцеводству.
Одно из таких предприятий — семейная мастерская Ширабон. Превращая промышленный войлок в интерьерные панно, коврики и сувениры, они замыкают цепочку от руна до готовой вещи. И в интервью для «МК в Бурятии» предприниматель Ольга Ширабон рассказала о том, как семейный бизнес находит форму для местного материала и зачем региону нужны не только промышленные мощности, но и мастера, умеющие переводить утилитарное сырье в язык современного дизайна.
Хранители традиций
Ольга Ширабон называет себя предпринимателем, хотя в ее работе больше от хранителя традиций, чем от менеджера. Семейное дело начиналось с переработки шерсти и производства войлока для строительства. А сегодня Ольга руководит направлением, где войлок, кожа и дерево превращаются в сувениры, интерьерные панно и предметы, которые хочется держать в руках.
— У нас семейный бизнес. Несколько лет назад мой муж Сультим Ширабон организовал производство по переработке шерсти и производству войлока. Войлок мы производим для разных целей. В основном для строительства и ремонта. А сейчас я взяла руководство одним из направлений — это производство сувенирной продукции из войлока, кожи и дерева.
Семья тестировала плотность, толщину, структуру материала и плотно изучала рынок. Результатом исследования рынка стало открытие, что войлок необходим не только строителям. Он нужен тем, кто работает руками, кто ценит натуральность.
— Все началось с того, что мы изготавливали разный по толщине и плотности войлок и изучали рынок, где конкретно и для кого на него имеется спрос. И, как оказалось, войлок требуется не только производственникам, он нужен и ремесленникам.
Так промышленное сырье начало превращаться в основу для ремесла. А следом пришло понимание, что производство можно и нужно расширять в сторону сувенирной продукции. Но за этим решением стояла куда более сложная задача: соединить практическое назначение войлока с его эстетическим потенциалом, перевести ручное мастерство на язык актуального дизайна и возродить традиционное ремесло, где войлок служит природным целителем.
От шэрдэга к искусству
Изначально план был простым: выпускать традиционные бурятские матрасы — шэрдэги и небольшие коврики из чистой шерсти. Поводом послужили рассказы свекрови Ольги — Рыгжыдмы Эрдэм-Беликовны — о целебных свойствах войлока.
— Она много рассказывала о чудодейственных лечебных свойствах чистошерстяных матрасов, сон на которых помогает человеку не болеть, снимать воспаление, успокаивать боль в суставах. А массаж, точнее хождение по коврикам из шерсти на коленках в течение 15 минут ежедневно, каким-то образом снимает воспаление в коленях.
Позже Ольга обнаружила, что эта практика перекликается с даосскими техниками восстановления, где важно использовать мягкий, пружинящий натуральный материал. Настоящий шерстяной войлок подходил идеально. Но быстро пришло понимание: одного оздоровительного эффекта недостаточно. Вещь должна жить в пространстве, а не прятаться в кладовке.
— И в процессе разработки мы решили, что матрасы и коврики нашего производства должны выглядеть красиво. Так, чтобы это могло быть подарком или изделием, которое будет украшать интерьер.
Начались поиски человека, способного превратить материал в форму. Ольга изучала портфолио, смотрела работы местных мастеров, ждала совпадения взглядов. Ей нужен был автор, который не станет копировать этнические узоры буквально, но сможет передать атмосферу места через современные решения.
Таким человеком оказалась дизайнер Евгения Дугарова. Ожидание заняло полтора года. Когда появилось свободное окно в графике, работа началась без долгих обсуждений. Мастера сразу погрузились в процесс, экспериментируя с объемом, фактурой, сочетанием оттенков.
— Евгения — дизайнер, талантливый художник с тонким чувством прекрасного. Я смотрела ее работы в интернете и поняла, что этот человек может создать изделие, с одной стороны, современное, а с другой стороны, сохранить наш бурятский колорит. И сейчас мы начали работать и творить. Наши мастера во главе с Евгенией делают первую коллекцию из войлока. В наших коллекциях будет использоваться войлок в основном натуральных цветов: молочного, серого, бежевого, с небольшим вкраплением шерсти яркого цвета.
Когда нет готовых рецептов
Создание коллекции — процесс кропотливый, требующий терпения и постоянного поиска баланса между новыми техниками, материалами и запросами рынка. По ходу дела осваиваются новые технологии, валяние может подстраиваться под каждый эскиз, а детали находятся у поставщиков, готовых отгружать понемногу.
— В процессе работы у нас, конечно же возникают трудности. Пока осваиваем технологию окраски шерсти, а также разные техники валяния шерсти, потому что только одна техника не может дать нам той неповторимости изделия, которой мы хотим добиться в индивидуальных заказах. Сейчас также идет работа с поиском качественной фурнитуры.
Рынок мастеров, работающих именно с войлоком, невелик. Найти тех, кто готов учиться, экспериментировать, сочетать материал с кожей или деревом, сложно.
— Сейчас уже есть понимание, что нужно будет докупать оборудование для еще более быстрого и качественного сваливания шерсти нужной плотности и толщины. Также нужен постоянный поток идей. А мастеров, которые умеют работать именно с войлоком, не так уж и много.
Ольга видит выход в расширении круга сотрудничества. Развивающийся в Бурятии рынок креативных индустрий позволит привлекать специалистов из смежных сфер: текстильщиков, скульпторов, столяров, графиков. Тех, кто готов осваивать новый материал и переносить в него свой опыт.
— Но я думаю, что именно благодаря Центру креативных индустрий мы сейчас сможем найти интересных мастеров, пусть даже работающих с другими материалами, но готовых создавать что-то новое и необычное.
Бренд, который расскажет о Бурятии
Видение будущего у Ольги конкретное и визуальное. Она сразу представила, как настенные панно и ковры их производства преобразят интерьеры кафе, ресторанов, гостиниц республики.
— Как только мы начали создавать настенные панно, ковры и прочие атрибуты, я сразу же стала представлять, как эти изделия изменят интерьер, например, наших ресторанов, кафе, закусочных. Как можно изменить облик местных гостиниц. И у меня загорелись глаза. Я поняла и увидела в своей голове картину преображения. Как зеркала в войлочной раме заиграют на стене, как панно без слов будет рассказывать о нашей красивой Бурятии.
Сейчас производство сувениров работает в структуре СПОК «Темник», но в планах — выделение в отдельную организацию под собственным брендом. Идея бренда Shirabon родилась не из маркетинговой стратегии, а из практической необходимости. Когда начали выпускать шерстяные стельки, рынок отреагировал ценовым давлением.
— Такая мысль пришла после того, как мы начали выпуск шерстяных стелек, но столкнулись с тем, что продавцы один за другим отвечали: мы берем дешевле. Но как может быть дешевле, чем у производителей, удивились мы. И когда начали разбираться, то оказалось, что они закупают китайские стельки из искусственного войлока и продают. Тогда мы решили, что чуть позже будем выпускать наши стельки, но уже брендированные.
Бренд нужен не для логотипа, а для защиты аутентичности. Вся линейка из войлока, кожи и дерева будет также выходить под единым торговым знаком. Сегодня ассортимент делится на три направления. Войлок: панно, коврики, подушки, корзины, шэрдэги, автомобильные накидки. Кожа: маски, ключницы, чехлы для очков, косметички, ароматизаторы, брелки, ташуры. Дерево: гунгарба, зеркала в рамах, шкатулки, сундуки. Каждое направление держится на простой идее: материал должен оставаться собой, а вещь — вписываться в повседневную жизнь.
Поддержать свое
Ольга не строит иллюзий. Она понимает, что находится в точке, где нет готовых решений. Но именно это состояние и называет наиболее интересным.
— Мы в начале пути. Самом сложном, но и самом интересном, с другой стороны.
Раньше войлок был материалом повседневной жизни кочевника: из него делали практически все, от юрты до люльки для новорожденных. Сейчас из него также делают постельные принадлежности и одежду, а войлочные панно, коврики и сувениры становятся уникальными предметами интерьера.
И сегодня местные мастера сталкиваются с теми же проблемами, что и другие предприниматели в сфере креативных индустрий: не хватает кадров, сложно наладить сбыт, трудно конкурировать с массовыми копиями. Но проекты, которые живут за счет качества и реального спроса, обычно оказываются крепче.
Станут ли такие изделия привычной частью бурятских интерьеров, покажет время. Для этого нужны постоянные выставки, обучение новых специалистов и покупатели, готовые отличать натуральную шерсть от подделок. Сейчас производство только запускает первые коллекции, ищет дизайнеров и формирует бренд. Получится ли у них перевести местный материал на современный рынок, зависит от качества работы и готовности жителей республики поддерживать свое.
