С отказом от досрочных выборов главы Бурятии затухла активность и вокруг «Стратегии-2030»

Почему концепцию стратегического развития Бурятии, разработанную специалистами из Новосибирска, не показывают общественникам

23 марта 2016 в 07:52, просмотров: 715

Правительство России внесло в Государственную Думу законопроект об изменении сроков подготовки документов стратегического планирования и переносе их с 1 января 2017 года на 1 января 2019 года.

С отказом от досрочных выборов главы Бурятии затухла активность и вокруг «Стратегии-2030»
фото: russianstock.ru

По мнению авторов законопроекта – министерства экономразвития РФ, «это позволит соблюсти последовательность, согласованность и взаимную увязку документов и принципов стратегического планирования».

Иными словами, федеральные власти намерены наложить двухлетний мораторий на разработку регионами своих программ стратегического развития, дабы избежать разноголосицы в условиях экономического кризиса. Казалось бы, какое это имеет отношение к Бурятии, где, согласно техническому заданию, проект стратегии социально-экономического развития республики на период до 2030 года должен быть готов к 1 июля 2016 года? Вроде успеваем! Однако еще неизвестно, что именно выйдет из-под пера победителя конкурса на разработку стратегии СЭР — филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, получившего подряд стоимостью около 3,5 миллиона рублей. И утвердит ли документ Народный Хурал Бурятии.

Могут и не успеть. Теперь, когда глава Бурятии официально отказался от проведения досрочных выборов в 2016 году, шумихи вокруг «Стратегии-2030», которая должна была стать некой фишкой избирательной кампании, заметно поубавилось, публичная активность вокруг нее практически сошла на «нет». Задор иссяк. Последнее сообщение пресс-службы главы Бурятии с упоминанием о будущей программе развития датировано началом февраля 2016 года. Между тем из коридоров власти просачивается информация, которой просачиваться не следовало бы. А именно — весьма скептическая оценка проекта «Концепции социально-экономического развития Республики Бурятия до 2030 года», которую подрядчики из новосибирского филиала должны были представить заказчику до 25 декабря 2015 года. По слухам, тот, кому удалось ознакомиться с содержанием документа, явно не в восторге. От того, наверное, концепцию никому из общественников не показывают. Говорят, что труд новосибирских подрядчиков лежит в кабинете у главы Бурятии, который так и не сформировал своего мнения о первых результатах работы приглашенных специалистов.

Впервые продвигая свою идею в массы по поводу общественного обсуждения проекта программы социально-экономического развития («Стратегия-2030»), Вячеслав Наговицын заявил журналистам, что хотел бы привлечь к ее созданию максимально широкое число участников-соавторов. «...Чтобы никто потом не сачканул с этого корабля», — пояснил глава и признался, что предыдущую программу СЭР в 2007 году делали кабинетные чиновники и «приглашенные по конкурсу специалисты из Москвы, которые толком не знали Бурятию». Общественность клюнула и — включилась, засучив рукава! В начале года выяснилось, что, во-первых, приглашенные «по конкурсу» все-таки будут, а, во-вторых, будут именно те, кто в 2007 году писал устаревшую ныне «стратегию» социально-экономического развития до 2017 года. Так в Бурятии появились представители новосибирского филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, предложившие выгодную цену — 3,6 миллиона рублей из 5 миллионов. За бортом остались другие подрядчики, включая «местные» БГУ и ВСГУТУ. Иными словами, программу развития стали писать люди, которые, следуя сетованиям Вячеслава Наговицына, «толком не знают Бурятию».

Сегодня в научной среде уже формируется негативное представление о группе привлеченных разработчиков, весьма далеких от глубокого понимания особенностей жизни и развития региона. Эксперты, вспоминая свои редкие с ними контакты, рассказывают удивительные вещи. Ну, например, для некоторых гостей большим сюрпризом стал тот факт, что Бурятия, оказывается, граничит с Монголией. Можно было бы продолжать и дальше цитировать разочарованных экспертов, но ограничимся этим.    

Как бы то ни было, широкого обсуждения «Стратегии-2030» с привлечением ученых, специалистов, экспертного сообщества, как это анонсировалось техническим заданием к конкурсу, пока не получается. В беседе с «МК» некоторые эксперты, рассчитывавшие на сотрудничество, разводят руками, вопрошая: «Где обещанные «круглые столы», где дискуссии, где организация тематических площадок?». И, указывая на скоротечное время, выражают опасение, что с новой стратегией развития получится та же история, что и со старой (на период до 2017 года), написанной специалистами той же самой академии народного хозяйства и обещавшей нам к 2017 году выход на бездотационный режим развития и ликвидацию большинства социальных проблем, таких как очереди в детские сады, ветхое и аварийное жилье, расцвет промышленного производства, замешанного на эксплуатации несметных богатств региона. В конечном итоге Бурятия оказалась у разбитого корыта с очевидным отсутствием конкурентных преимуществ своего, бурятского пути развития, и необходимостью написания новой стратегии. Замкнутый круг какой-то…



Партнеры