Бывший сотрудник ФСБ в Бурятии несколько лет избивал хозяйку отеля

На истязателя завели уголовное дело, но пострадавшая уверена, что его замнут

25.03.2020 в 04:48, просмотров: 16507

— Он все время бил меня, душил, кусал руки и лицо. Требовал немедленно выходить к нему по первому звонку, каждые 15 минут присылать фотоотчеты о том, где нахожусь и чем занимаюсь, писать смс с признанием в любви. Заставлял вставать на колени и говорить, что я всегда буду с ним. Ежеминутные звонки, стук в окна и двери.

Бывший сотрудник ФСБ в Бурятии несколько лет избивал хозяйку отеля
Марина обращалась к судмедэксперту 10 раз.

Честно, я пыталась объясниться и закончить этот кошмар. Но в ответ — крики, побои и угрозы. Я устала вечно ходить с разбитым лицом, замазывать косметикой, врать всем, что ударилась об дверь, поскользнулась или упала. Хотелось просто умереть. Шрамы на лице и на голове — это на всю жизнь. Как и бесконечные, бессонные ночи и кошмарные сны без конца.

Марина Петрова — совладелица успешной гостиницы в Северобайкальске. Отельным бизнесом она уже много лет занимается вместе со своей мамой. Марина красива, ухожена, умна и не производит впечатление женщины, которую можно колотить по всякому удобному случаю. Но в последние несколько лет жизнь Марины превратилась в череду бесконечного страха и боли — благодаря бывшему сотруднику ФСБ Владимиру Иванову. В августе прошлого года Марина решилась и написала на Иванова заявление в полицию. В отношении экс-силовика завели уголовное дело. Но уже несколько месяцев дело бесконечно передают из полиции в прокуратуру, из прокуратуры — в следственный комитет. Потом все повторяется по кругу. Отчаявшаяся женщина в феврале написала жалобы в генпрокуратуру, ФСБ, следком РФ и Госдуму. «Я нахожусь в состоянии постоянного страха из-за бездействия должностных лиц правоохранительных органов, которые фактически отказываются выполнять свой служебный долг, — пишет Марина. — Данное поведение сотрудников внушает мне чувство беспокойства и тревоги, что виновное лицо избежит уголовной ответственности за совершенные им преступления».

С чего все началось

Сначала у Марины был муж, он работал в органах. Пара прожила вместе 7 лет, а в 2015 году супруг уехал служить в другой район Бурятии — один, без семьи. Еще в начале их знакомства Марина говорила ему, что Северобайкальск покинуть не сможет — тут семейный бизнес, пожилая мама и двое сыновей.

— Познакомил нас с Ивановым зять, как раз перед отъездом, — вспоминает мама Марины Ольга Петровна. — Тот периодически стал появляться на территории гостиницы (семья Марины живет в одном из своих отельных домиков. — Прим. авт.). Мы подружились, начали общаться его дети и дети Марины, они вместе ходили в кружки и секции. У дочери были напряженные отношения с мужем после отъезда. А Иванов проявлял излишнее внимание, считал своим долгом в чем-то помочь. В какой-то момент его стало слишком много. Я только тогда поняла, что у Марины и Владимира возникли какие-то отношения.

Отношения пары развивались стремительно. Но радости Марине это не принесло.

— Если человек влюблен, у него душа поет, — вздыхает мама женщины. — А Марина все чаще стала появляться с синяками и порезами. Говорила, что ударилась — то дверью от шкафа, то дверью от машины, то в подвале упала. А однажды захожу к ней в дом, принесла детям ужин — она лежит на кровати, отвернулась. Говорю ей: «Как тебе не стыдно, средь бела дня лежишь, не работаешь». Вышла, вернулась через несколько минут, ключи забыла. Вижу — дочь, вся в синяках, лежит на полу и плачет: «Мама, я хотела дойти до туалета, но у меня нет сил встать. Я не могу избавиться от Иванова. Или он меня убьет, или я — его».

Марина показала матери акты судебно-медицинских экспертиз, фотографии, переписку с угрозами и оскорблениями. Копии этих актов видела и я. Там бесконечные кровоподтеки, ушибы, царапины, следы укусов и удушения. Есть подозрения на сотрясения мозга. Избиения начались с конца 2016 года и продолжались до лета 2019 года. Марина признается, что до судмедэксперта ей не всегда удавалось добраться и зафиксировать побои — она боялась, что об этом узнает Иванов.

— Марина, послушайте, ну почему же вы в полицию не отправились? — недоумеваю я.

— Каждый раз я хотела написать заявление, и каждый раз меня отговаривали знакомые, — признается женщина. — Иванов, дескать, силовик, поэтому максимум ему штраф выпишут. Вскоре после нашего знакомства Владимир ушел из ФСБ, занялся бизнесом. Круг его знакомых удивительным образом расширился, он слыл деловым и влиятельным, многие его просто побаивались, хотя также быстро исчезали с горизонта, как и появлялись. А еще — было стыдно. Мои родители приехали в Северобайкальск, когда мне не было и трех лет. Я выросла в этом городе, нас тут все знают. Я боялась, что будут обсуждать, что будет огласка. Это очень неприятно для моей семьи. Я все время пыталась закончить отношения, но мне просто не удавалось это сделать.

фото: Из личного архива.
Иванов присылал Марине фото своих ушибов, полученных им при ее избивании.

фото: Из личного архива.

фото: Из личного архива.

фото: Из личного архива.
Ватсап Марины завален угрозами и оскорблениями от Иванова.

Женщина начала изучать Уголовный кодекс, выяснила, что действительно больше, чем штраф, Владимиру ничего не грозит. Стала рассказывать об избиениях людям, знакомым с Ивановым. Жена его старшего брата отмолчалась, когда Петрова прислала ей акты судебно-медицинских экспертиз. Муж Марины (к тому времени уже бывший) — тоже. Каждый раз дело заканчивалось тем, что Иванов узнавал о попытках Марины и вновь и вновь избивал женщину. Подстерегал ее около дома, около гаража, больницы и магазина, школы, где учился младший сын.

— Я боялась даже выходить из дома, потому что он сразу появлялся, — говорит мне Марина. — Как будто у него не было никаких других дел, кроме как отслеживать меня.

Из заявления Марины в полицию (подано 30.07.2019 г.):

«4.01.2018 года Иванов причинил мне побои путем нанесения ударов кулаками по голове, в лицо, по телу. Поводом к избиению послужила ссора за мой отказ от его подарка. Днем раньше Иванов в Иркутске хотел купить мне шубу на Новый год, но я отказалась, поскольку мне этот подарок был не нужен, я в шубе не нуждаюсь.

29.01.2018 года ко мне приехал Иванов и стал предъявлять претензии по поводу фотографии смешного мужчины в женских колготках и надписью: «Иванов», которую он увидел в моем телефоне. Эту фотографию мне отправила подруга. Иванов счел, что я смеюсь над ним. Поэтому он приехал ко мне выяснять отношения. Я села к нему в машину, после чего Иванов, который находился во взвинченном состоянии, поехал в сторону городской свалки. При этом он оскорблял меня и выражался в мой адрес грубой нецензурной бранью. Возле городской свалки Иванов остановил машину и причинил мне побои путем нанесения ударов кулаками по различным частям тела, в том числе и по голове, а также путем удушения. Когда Иванов меня душил, он вновь угрожал мне убийством. Мне удалось вырваться, я выбежала из машины на дорогу, там ехала какая-то вахтовая машина, но Иванов выскочил следом, поймал меня и затащил обратно в машину, где продолжил бить. Затем он отвез меня в город».

Судмедэксперт официально зарегистрировал 10 случаев избиения. Марина подчеркивает, что их было гораздо больше, «множество».

Истязательство, угроза убийством, проникновение в жилище

Апофеоз наступил в июле 2019 года, когда на каникулы приехал старший сын Марины (он к тому времени уже учился в Санкт-Петербурге). Юноша с друзьями отправился на Байкал. Вдруг ночью Марине позвонили с номера сына, а в трубке прозвучал голос Иванова. Владимир начал выяснять у женщины, почему она не отвечает на его звонки.

— Я долго не могла успокоиться, волновалась за сына. Понимаете, Иванов разыскал его на Байкале, специально, чтобы мне позвонить. Было страшно, — рассказывает Марина. — Согласилась, что встречусь с Ивановым в дневное время в людном месте, так как он требовал серьезного разговора. Я пришла в кафе, разговор перешел в ссору, он укусил меня в лицо и ударил локтем туда же. Я вырвалась и пошла к такси, так как хотела избежать скандала. По пути Иванов догнал меня, стал кусать зубами, хватать руками, причиняя мне боль. Затем он сорвал с меня сумку с документами и ключами от машины. Ранее Иванов бывал у меня дома, но после прекращения отношений я его не пускала, входить не разрешала. Иванов никогда у меня не жил и ночевать не оставался, у него не было ключей от моего дома. Когда я вернулась, то взяла запасные ключи у мамы и легла спать. Ночью около 1.30 я проснулась от того, что кто-то зашел ко мне. Я увидела, что это Иванов. Я спросила, как он зашел. Иванов сказал, что открыл дверь моими ключами. Он схватил меня за шею и начал душить, начал оскорблять. Я вырвалась и выбежала. Следом за мной вышел Иванов и покинул мой дом. Разрешение зайти в свое жилище я Иванову не давала, входить не разрешала.

Только после этого Марина поняла — все, надо действовать. Дальше все будет только хуже. Угрозы поджечь дом, напугать детей, разбить автомобиль, убить ее, сделать инвалидом — это реальность!

И написала заявление в полицию. Уголовное дело завели только в октябре прошлого года. Иванову предъявили обвинения по статьям «Истязательство», «Проникновение в жилище», «Угроза убийством». С тех пор потянулись месяцы ожидания. Сам Иванов на время расследования дела уехал из Северобайкальска в Иркутск, появляется только на очные ставки. Но сути дела это не меняет — Марина, ее мать и ее дети боятся, что Иванов вернется. И что он не получит вообще никакого наказания.

— Я бы выразился так — нам в этом деле усиленно препятствуют, — комментирует адвокат Марины Антон Соколов. — Давление началось с самого начала предварительного расследования. Дело уже было практически закончено, но его забрал следком Бурятии. Пока непонятно, что дальше. Думаю, что все связано с положением подозреваемого. Вдобавок по некоторым эпизодам, происходившим до декабря 2018 года, уже истекли сроки давности. То есть по ним обвинений уже не предъявить. Таким образом, из-за волокиты органов этот человек вообще может избежать наказания.

У прокуратуры и следственного комитета, которые занимаются делом, — другое мнение. Все идет по плану и своим чередом.

Старший помощник руководителя следственного управления следкома РБ Дмитрий Столяров ответил на запрос «МК в Бурятии»: «На данный момент следственные действия по уголовному делу завершены, доказательственная база собрана в полном объеме. Данное уголовное дело в настоящее время изучается в порядке процессуального контроля в аппарате следственного управления. После проведения процессуальных мероприятий, направленных на окончание предварительного следствия, уголовное дело с обвинительным заключением будет направлено прокурору в рамках статьи 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». По предположению Столярова, прокурор получит дело в марте-апреле этого года.

А Северобайкальский межрайонный прокурор Роман Спиридонов прокомментировал наши вопросы так: «В настоящее время по данному уголовному делу проводится предварительное расследование. После поступления уголовного дела с обвинительным заключением прокурору в течение 10 суток по результатам его изучения будет принято процессуальное решение в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

P.S. В личные отношения Иванова и Петровой мне лезть не особо хочется. Потому что она была замужем, а он и сейчас женат. Это скользкая ситуация. Но одно я понимаю точно — никогда и ни при каких обстоятельствах женщин нельзя бить. Живешь ты с ней всю жизнь или встречаешься всего один месяц. Нельзя.

— Я отстаиваю свои человеческие права, — говорит Марина, и это звучит как манифест. — Не понимаю, кто дал этому человеку право бить меня. И дело тут не в любви и не в ревности. Он просто манипулятор. Он хотел, чтобы я полностью ему подчинялась. Вы знаете, я до сих пор просыпаюсь по ночам и плачу. Мне снится, что он меня душит, что потерялся мой сын. Почему столько лет не могут принять закон о насилии над женщинами, почему быстро рассматриваются только те дела, где есть труп? Кто может защитить женщину, если не закон? Думаю, эти строки читает не одна женщина, которая попала в подобную ситуацию. Об этом нужно говорить, а иногда хочется кричать!

(Все имена героев материала изменены).


|