Жертва пьяного ДТП в Улан-Удэ: «Врачи просили подписать соглашение на ампутацию»

Женщина заново учится ходить на протезе

24.06.2020 в 02:13, просмотров: 1070

Пока вся Россия обсуждает смертельное ДТП с участием пьяного актера Михаила Ефремова, Бурятия вспоминает не менее резонансное пьяное ДТП, жертвой которого стала сотрудница ФСК.

Жертва пьяного ДТП в Улан-Удэ: «Врачи просили подписать соглашение на ампутацию»

Ее вместе с подругой сбил на внедорожнике — буквально «впечатал» в бетонный блок — судебный пристав, находившийся в состоянии алкогольного опьянения. И если одна женщина получила перелом скуловой кости, то другая — более страшные травмы, оставшись без ноги.

— В тот вечер, 8 февраля, я провожала подругу, которая заходила ко мне. Ее должны были забрать родственники, — говорит «МК в Бурятии» Екатерина Любовникова. — Мы стояли возле подъезда дома №12 по улице Октябрьская, причем я — спиной, и слышали, как едет машина. Болтали друг с другом, ничего не подозревая, когда произошел наезд.

Это случилось около 23.40. Все, что словно в тумане запомнилось после столкновения и по прошествии времени — это свет фар, удар трехтонной махины да крики — собственные и окружающих. На место происшествия примчались полиция и скорая помощь. Пострадавшую отвезли в БСМП, здесь ей провели диагностику и сделали анализы. Перед медиками предстала картина — обширные раны с огромными кровопотерями, размозженная нога с открытым переломом, а перед самой пациенткой — всепоглощающий страх неизбежной инвалидности.

— Сознание практически отключилось. Единственное, что врезалось в память на тот момент: врачи просили подписать соглашение на ампутацию конечности, спасти которую, нестерпимо болевшую, буквально умоляла я. 9 февраля в 00.50 очутилась в операционной, в 5.00 — в реанимации. И, когда в 10.00 очнулась там, поняла: не спасли…

У Екатерины была не только ампутирована голень правой ноги, но и сильно ушиблены мягкие ткани левой: ни толком опереться, ни тем более встать на нее не получалось. До 26 февраля Любовникова находилась в больнице скорой медицинской помощи, где ей ставили уколы и капельницы, давали лекарства и проводили прочие процедуры, а после — в Центре восточной медицины, где делали массаж, физиолечение и иглоукалывание, устраивали занятия с преподавателем по лечебной физкультуре. 12 марта женщина выписалась домой. А тут, как известно, и стены помогают.

Швы хорошо заживали, тело постепенно оживало. Екатерина Николаевна начала понемногу двигаться, ездить в инвалидной коляске. Но сильно уставала от нагрузки и напряжения, постоянно испытывая боли. И через пару недель после выписки отправилась в центр протезирования и ортопедии «Салют Орто».

Там ей замерили оставшуюся часть конечности, но вместо стандартного лечебно-тренировочного протеза, не подошедшего из-за вычленения коленного сустава, порекомендовали специальный. Любовникова обратилась в бюро медико-социальной экспертизы, получила программу индивидуальной реабилитации (специалисты успели разработать ее до режима самоизоляции) и вновь обратилась к предприятию, которое изготовило протезно-ортопедическое изделие, а региональный фонд социального страхования при содействии республиканских властей оплатил его.

— Изготовили первую капсулу к тестирующему протезу, на котором хожу сейчас, чтобы культя приняла определенную форму, и я смогла долго и комфортно ходить на постоянном, — продолжает собеседница. — Пока же делать этого не могу: коленки нет, есть лишь кость, поэтому ногу натирает.

Женщина почти нигде не бывает, иногда выбирается на прогулки, посещает по мере необходимости больницу, поликлинику и «Салют Орто», куда ходит на лимфодренажные массажи и чтобы брать уроки ходьбы в новых условиях состояния здоровья. Работающий с ней массажист-реабилитолог Эдуард Хандуев говорит, что положительная динамика наблюдается с первых шагов: клиентка выполняет его рекомендации, на каждое занятие приходит с позитивным настроением. И все это — благодаря «стержню внутри».

Пострадавшая признается: трудности возникают, особенно в плане быта и передвижения. Ведь, несмотря на методичное обучение правильно ступать, существует определенный страх, да и высокая вероятность упасть. Поэтому первый раз после долгого перерыва она шла в магазин медленно, стесняясь этого. Обычно же продукты покупает 17-летний сын. Поднять его на ноги и встать на них самой — далеко не все, что планирует 39-летняя женщина, ставшая инвалидом второй группы по роковому стечению обстоятельств.

— Хочу выходить и идти куда-либо без всяких опасений. Сколько времени потребуется, чтобы научиться этому? Врачи говорят: в среднем около года. А вообще — индивидуально для каждого человека и в зависимости от внутреннего настроя. Разные моменты бывают. Иногда делаешь шаг уверенно, а порой и не знаешь, как… Раз на раз не приходится. Но я все равно хочу идти дальше — во всех смыслах этого слова, и жить привычной жизнью, насколько это возможно, вернуться на работу. До аварии я была заведующей производством в кафе физкультурно-спортивного комплекса Улан-Удэ. 

Как отмечает социальный предприниматель Иван Худяков, самая большая умница во всей этой истории — Екатерина Любовникова, которая не сдается, несмотря на сложности и даже вопреки им. «Если вы встретите ее на улице, то, возможно, и не заметите ампутацию. Жизнь заставляет улан-удэнку ходить на протезе и бороться за свои права, но она делает это с оптимизмом».


|